POLICY PAPER ЕВРАЗИЙСКАЯ СЕТЬ РЕГИОНАЛЬНЫХ ИНИЦИАТИВ И ОРГАНИЗАЦИЙ: ЭЛЕМЕНТЫ ВЗАИМОСВЯЗАННОСТИ Международный круглый стол ЕВРАЗИЙСКАЯ СЕТЬ РЕГИОНАЛЬНЫХ ИНИЦИАТИВ И ОРГАНИЗАЦИЙ: элементы взаимосвязанности Редактор-составитель Роза Турарбекова Октябрь 2020 Для евразийской интегра ции необходимы зрелые и децентрализованные системы на уровне нацио нальных государств. Тогда кооперация, конкуренция и сотрудничество приве дут к созданию горизон тальных связей внутри объединений. Новые международные от ношения следует выстраи вать по принципу«снизу вверх». Необходим акцент на развитии проектов, поз воляющих укрепить устой чивость через диалог и распознавание локальных интересов. Одно из важных условий кооперации крупных игро ков между собой— фор мирование взаимосвязи между их стратегиями. Об щие цели могут стать пло щадкой для«сопряжения» или частичной совмести мости инициатив. 1

ЕВРАЗИЙСКАЯ СЕТЬ РЕГИОНАЛЬНЫХ ИНИЦИАТИВ И ОРГАНИЗАЦИЙ: ЭЛЕМЕНТЫ ВЗАИМОСВЯЗАННОСТИ Международный круглый стол ЕВРАЗИЙСКАЯ СЕТЬ РЕГИОНАЛЬНЫХ ИНИЦИАТИВ И ОРГАНИЗАЦИЙ: элементы взаимосвязанности

ЕВРАЗИЙСКАЯ СЕТЬ РЕГИОНАЛЬНЫХ ИНИЦИАТИВ И ОРГАНИЗАЦИЙ: ЭЛЕМЕНТЫ ВЗАИМОСВЯЗАННОСТИ Содержание ВВЕДЕНИЕ 5 1 РЕГИОНАЛЬНЫЕ ОРГАНИЗАЦИИ 7 ЕВРАЗИЙСКОЙ ИНТЕГРАЦИИ 1.1 Роза Турарбекова. Евразийские организации: кооперация или интеграция?........................................................................................................................................... 8 1.2 Сергей Герасимчук. Региональные организации Азии: «терра инкогнита» или«окно возможностей» для Украины?................ 12 1.3 Наталья Скирко. Возможности развития производственной кооперации на таможенной территории ЕАЭС.................................................... 15 1.4 Юрий Пойта. Кризис евразийских международных организаций: причины и последствия.............................................................................. 19 1.5 Чжан Хуавей. Идентичность Евразийского экономического союза: анализ на основании документов Высшего совета ЕАЭС..................................................................................................................................................... 25 2 ИНИЦИАТИВЫ ГЛОБАЛЬНЫХ ИГРОКОВ 29 ПО РЕГИОНАЛЬНОЙ ИНТЕГРАЦИИ 2.1 Елена Коростелева. От глобального к локальному: потенциал сотрудничества во многопорядковом мире евразийского региона.......................................................................................................................... 30 2.2 Мария Данилович. Инициатива«Пояс и путь» в 2020 году: новые оценки ограничений и возможностей?......................................................... 34 2.3 Олеся Рубо. Приоритеты сотрудничества России и Китая в рамках Большого Евразийского партнерства..................................................... 37 2.4 Ирина Петрова. Восточное партнерство 3.0: новые тенденции....... 40 ЗАКЛЮЧЕНИЕ 45 3

ЕВРАЗИЙСКАЯ СЕТЬ РЕГИОНАЛЬНЫХ ИНИЦИАТИВ И ОРГАНИЗАЦИЙ: ЭЛЕМЕНТЫ ВЗАИМОСВЯЗАННОСТИ 4

ВВЕДЕНИЕ ВВЕДЕНИЕ Традиционные глобальные игроки Запад и Восток пере живают значительные трансформации: в Евразии на растают проблемы безопасности, увеличивается роль Китая, ЕС и России. Более жесткие формы и структуры международного сотрудничества— организации(как, например, ШОС и ЕАЭС)— уже не удовлетворяют гло бальных игроков в полной мере, поэтому как более гиб кий и удобный формат появляются инициативы(в част ности, Восточное партнерство,«Пояс и путь», Большое Евразийское партнерство). В евразийских интеграционных проектах хватает про блемных факторов, на что обратили внимание в своих выступлениях Ю. Пойта и Н. Скирко. Ю. Пойта в рамках функционального подхода выделил причины и послед ствия кризиса ОДКБ, ЕАЭС и ШОС как региональных организаций. Н. Скирко отметила, что препятствием для углубления интеграции в рамках ЕАЭС является товар ный«эгоизм» национальных правительств, не позволя ющий развивать производственную межотраслевую кооперацию. Обсуждению разных форм и взаимосвязи проектов евразийской интеграции и был посвящен международ ный круглый стол«Евразийская сеть региональных инициатив и организаций: элементы взаимосвязанно сти», состоявший из двух сессий:«Региональные ор ганизации евразийской интеграции» и«Инициативы глобальных игроков по региональной интеграции» 1 . Общая повестка мероприятия была раскрыта в высту плении Р. Турарбековой, которая предложила при оцен ке политических, социальных и экономических процессов в Евразии не ограничиваться терминами региональной интеграции, а использовать характеристику«кооперация». Так можно избежать негативных суждений о низкой функ циональности организаций и невыгодного сравнения с более успешным проектом европейской интеграции. Профессор Е. Коростелева рассмотрела сотрудниче ство в усложняющихся условиях в контексте таких ха рактеристик, как многопорядковость и устойчивость. Последней можно достигнуть путем выстраивания новых международных отношений по принципу«сни зу вверх», преодолевая тем самым проблемы, вызван ные конкуренцией ЕС, КНР и РФ в Евразии. Хотя Евразия— по-прежнему площадка столкновения разных сил, кооперация и интеграция развиваются. В частности, собственные стратегии в азиатском реги оне формирует Украина, о чем шла речь в докладе С. Герасимчука. Даже в ограниченном поле действий в силу вооруженного конфликта с одним из глобальных акторов Украина укрепляет устойчивость. 1 Круглый стол прошел в Минске 29.10.2020 г. в рамках ежегодной конференции«Беларусь в современном мире» (ФМО БГУ) при поддержке GCRF COMPASS. Подводя определенную черту под докладами, посвящен ными региональным организациям, Чжан Хуавей путем контент-анализа документов Высшего совета ЕАЭС обо сновал, что исключительно функциональная или геополи тическая оценка союза до конца не проясняет его сути. Вторая сессия была посвящена региональным и мега региональным инициативам— Восточному партнерству, «Поясу и пути» и Большому Евразийскому партнерству. Анализируя результаты и трансформации Восточного партнерства, И. Петрова выделила основные тренды его развития и отметила внутренние противоречия, способные изменить его первоначальные цели. Китайская инициатива«Пояс и путь» была запущена как глобальная, с более широким географическим ох ватом. О целях, возможностях и определенных ограни чениях инициативы КНР с точки зрения китайского экспертного дискурса рассказала М. Данилович. Самой новой и не до конца понятной в аспектах инсти туционализации и конкретного содержания является российская инициатива Большого Евразийского парт­ нерства(БЕП). О. Рубо рассказала о приоритетах Рос сии и Китая в сотрудничестве в рамках БЕП. В нынешних непростых и изменчивых условиях крайне важно использовать весь потенциал интеграционных проектов не только в погоне за влиянием, но и в постро ении новых международных отношений, основанных на принципах сотрудничества, взаимосвязанности, устойчивости и развития. Об истоках сложившейся в Евразии ситуации и конструктивных подходах к инте грационным намерениям и процессам и рассуждают участники круглого стола на страницах этого сборника. 5

ЕВРАЗИЙСКАЯ СЕТЬ РЕГИОНАЛЬНЫХ ИНИЦИАТИВ И ОРГАНИЗАЦИЙ: ЭЛЕМЕНТЫ ВЗАИМОСВЯЗАННОСТИ 6

РЕГИОНАЛЬНЫЕ ОРГАНИЗАЦИИ ЕВРАЗИЙСКОЙ ИНТЕГРАЦИИ 1 РЕГИОНАЛЬНЫЕ ОРГАНИЗАЦИИ ЕВРАЗИЙСКОЙ ИНТЕГРАЦИИ Евразийская интеграция носит сложный, а подчас и про тиворечивый характер. Тем не менее сегодня создан целый ряд региональных организаций и союзов: СНГ, Союзное государство Беларуси и России, Шанхайская организация сотрудничества, Евразийский экономический союз и ОДКБ. Несмотря на естественные центробежные тенденции после распада единого советского простран ства, эти объединения продолжают функционировать и воплощать разные формы сотрудничества при формаль но равном участии государств-членов. Вопреки критическим голосам, которые обоснованно или предвзято подвергают сомнению эффективность созданных интеграционных структур, последние продол жают играть роль важных политических институтов. Се годня наибольшее внимание в экспертной среде уделя ется Евразийскому экономическому союзу, Шанхайской организации сотрудничества и ОДКБ. В разделе«Регио нальные организации евразийской интеграции» пред ставлены доклады исследователей, посвященные вопро сам функционирования и позиционирования этих структур. 7

ЕВРАЗИЙСКАЯ СЕТЬ РЕГИОНАЛЬНЫХ ИНИЦИАТИВ И ОРГАНИЗАЦИЙ: ЭЛЕМЕНТЫ ВЗАИМОСВЯЗАННОСТИ 1.1 ЕВРАЗИЙСКИЕ ОРГАНИЗАЦИИ: КООПЕРАЦИЯ ИЛИ ИНТЕГРАЦИЯ? Роза Турарбекова, директор Центра евразийских и европейских исследований, доцент кафедры международных отношений Белорусского государственного университета Проблема евразийской интеграции заключается в том, что такие региональные объединения, как СНГ, Союзное государство, ЕврАзЭС, в дальнейшем не достигали тех амбициозных целей, которые выдвигались при их созда нии. Тем не менее социальный запрос на восстановление или создание нового интегрального пространства оста вался достаточно сильным. Новые национальные политические элиты в постсоветских государствах выступали с инициативами создания реги ональных организаций. Самыми активными были Казахстан и Беларусь. Обе страны не обладали достаточной хозяй ственной автономностью и поэтому были крайне заин тересованы в поддержании связей с Россией. Попытки заполнить вакуум институциональных связей социально го, экономического, политического характера в Централь ной Евразии приводили к типичным ответам на вопрос «что делать?», но они не были эффективными. Созданные для сохранения хозяйственных связей СНГ(1992 г.), а также Союзное государство(1998 г.) были не столько интеграционными, сколько реинтеграцион ными проектами, попытками спасти отдельные фрагмен ты постсоветского пространства. Следующим шагом должна была стать их трансформация в организации нового типа, но этого не произошло. СНГ и Союзное го сударство создавались на фоне успешного процесса европейской интеграции. Во многом пример европейской интеграции служил для новых национальных элит Содру жества Независимых Государств образцом для подража ния или своеобразным маяком. Первой попыткой создания евразийской организации «нового типа», построенной на рыночных принципах, максимально открытой, инклюзивной, стала инициатива Казахстана о создании ЕврАзЭС(2000 г.). Активность ка захстанского правительства объясняется внутренними экономическими и внешнеполитическими факторами. Континентально замкнутая страна, проведшая рыночные реформы, но с преимущественно сырьевым сектором экономики нуждалась в максимальной кооперации с по граничными странами с целью выхода на мировой рынок. Однако к этому времени КНР стала запускать собствен ные интеграционные инициативы, с которыми Казахста ну сложно было конкурировать. ШАНХАЙСКАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ СОТРУДНИЧЕСТВА К началу XXI века в региональное конструирование Ев разии начал вовлекаться Китай. Отличительными чертами региональной Шанхайской организации сотрудничества стали: — статус первой интеграционной инициативы КНР в Евразии; — отсутствие идеологических рамок; — многопрофильный характер, при этом исключаю щий сотрудничество в традиционном военно-по литическом понимании; — отсутствие четко выраженной интеграционной цели. ШОС является первой региональной организацией, ко торая объединила Россию и Китай и должна была закре пить status quo этих двух крупнейших игроков в Централь ной Евразии. Особенно беспокоила угроза исламизма на пограничных рубежах и в Центральной Азии. Одним из основных учредительных документов стала Шанхайская конвенция о борьбе с терроризмом, сепаратизмом и экс тремизмом(2001 г.). Китай прежде всего ставил перед собой цель обеспечить безопасность в приграничном Синь-Цзяне, где компактно проживают уйгуры и казахи. Однако в планы по поддержанию российско-китайского порядка в Центральной Азии были внесены ­существенные 8

РЕГИОНАЛЬНЫЕ ОРГАНИЗАЦИИ ЕВРАЗИЙСКОЙ ИНТЕГРАЦИИ поправки. События 11 сентября 2001 года привели к пря мому военному вмешательству США в дела региона. Несколько военных баз в Центральной Азии и военный контингент в Афганистане на пять лет приостановили рост ШОС как организации в сфере безопасности. За период с 2001 по 2008 гг. стало ясно, что Пекин пере смотрел свои приоритеты в деятельности организации. Руководство Китая стало уделять все больше внимания экономическому сотрудничеству со странами-участ ницами. Наметилась конкуренция в видении перспек тив развития ШОС между РФ и КНР. Россия продол жала настаивать на сотрудничестве в области безопасности, в то время как Китай все больше инте ресовался экономическими связями с Центральной Азией. Необходимо отметить, что на институциональном уров не замедлились процессы принятия документов, как про изошло, например, с уставом. Хартия Шанхайской орга низации сотрудничества была принята в 2002 г. В ней не был прописан ряд важных моментов, в частности вопрос о сфере ответственности, расширении и др. Исполни тельный комитет ШОС также создавался с задержками. В конечном итоге Пекин взял на себя основные расходы на содержание штаб-квартиры. Со временем становилось очевидным, что речь идет не об интеграции, а исключи тельно о кооперации. Четко понимая смысл этих терминов, можно определить суть процесса, вне зависимости от провозглашенной цели. Если мы наблюдаем сотрудничество, регулярные встречи, попытку создания благоприятного режима и да же некоего общего пространства, то можно смело гово рить о кооперации, интеграция же предполагает соеди нение. Последнее в условиях, когда новые независимые государства едва отстроили свои правительственные институты и все еще пребывают в процессе определения национальных интересов, маловероятно. Исследовательская задача скорее заключается в том, чтобы понять, почему речь ведется об интеграции, когда очевидно доминирует кооперация. Возвращаясь к деятельности ШОС, можно проследить, как гибко менялись приоритеты ее деятельности, вне зависимости от конфликтных моментов и даже различий в видении миссии организации. С 2001 по 2008 гг., вплоть до российско-грузинской вой­ ны и мирового экономического кризиса, Россия и Китай латентно конкурировали в своих подходах. Во время Олимпиады в Пекине начались военные действия на Кавказе. От стран-участниц ШОС тогда потребовалось выработать единую позицию в отношении конфликта. Ожидания Москвы относительно поддержки не оправ дались, так как для Китая сепаратизм продолжал оста ваться одним из трех«зол», с которыми необходимо бороться. Поэтому ШОС заняла нейтральную взвешенную позицию. Вследствие мирового экономического кризиса 2009– 2010 гг. страны-члены ШОС ощутили острую потребность в финансовой и иной экономической поддержке. Пекин предложил кредиты, и часть стран воспользовалась его помощью, например Таджикистан и Кыргызстан. С 2009 года Китай стал настойчиво предлагать усилить экономическое направление деятельности ШОС. За всеми идеями стояла главная цель— зона свободной торговли. Встретив упорное сопротивление со стороны России, Пекин не смог использовать площадку ШОС для продви жения своей цели, так как процедура голосования кон сенсусная. Смена руководства в Китае привела и к изменению внеш ней политики— вместо осторожной и пошаговой она стала более инициативной и напористой. В 2013 году новый китайский руководитель Си Цзиньпинь в Назар баев-университете(Астана 1 ) предложил глобальную инициативу«Экономические пояса Шелкового пути», тем самым сменив формат взаимодействия с многосто роннего на более удобный для себя двусторонний. Таким образом кооперация возобладала над интеграцией. ЕВРАЗИЙСКИЙ ЭКОНОМИЧЕСКИЙ СОЮЗ Ответом Москвы на мягкое, но настойчивое наступление Китая стали собственные интеграционные инициативы, которые еще в 2011 году оформились в предложение о создании ЕАЭС. Известная дискуссия на страницах газеты«Известия» осенью 2011 года между В. Путиным, Н. Назарбаевым и А. Лукашенко положила начало новому евразийскому интеграционному проекту. Следует учитывать, что идея Евразийского экономиче ского союза начинается с создания Таможенного союза, который стал«заслоном» для китайского экономическо го продвижения на евразийские рынки. Но поскольку китайские партнеры прорабатывали проекты по пере носу производства на территорию Казахстана и Белару си, Москва настояла на интенсификации процесса инте грации вплоть до Единого экономического пространства с целью создания союза. Если точнее, активизация началась с января 2010 г.(под писание соглашения о Едином таможенном тарифе— ТС), и с тех пор темпы создания интегрированного объеди нения только возрастали. За год— с января по декабрь 2010 г. — была проведена работа по подготовке 17 базо вых международных договоров, которые стали основой ЕЭП. И уже в ноябре 2011 г. была подписана Декларация о евразийской экономической интеграции. Также было принято решение о создании Евразийской ­экономической 1 Теперь— Нур-Султан. 9

ЕВРАЗИЙСКАЯ СЕТЬ РЕГИОНАЛЬНЫХ ИНИЦИАТИВ И ОРГАНИЗАЦИЙ: ЭЛЕМЕНТЫ ВЗАИМОСВЯЗАННОСТИ комиссии, которое институционально фактически оформ ляло начало создания организации. В декабре 2011 г. главы государств Беларуси, Казахстана и России при няли р­ ешение«О вступлении в силу международных договоров, формирующих ЕЭП» с 1 января 2012 г. Это в свою очередь запустило подготовку Договора о ЕАЭС, который был подписан 29 мая 2014 г. и вступил в силу 1 января 2015 г. Все эти факты свидетельствовали о том, что Москва на мерена создать интеграционное объединение, намного превосходящие все предшествующие и конкурентные проекты. За основу и модель была взята европейская интеграция, но к этому времени Европейский cоюз уже существенно расширился, в том числе и на восток. Более того, была принята новая инициатива«Восточное парт­ нерство», которая стала частью Европейской политики соседства. В эту инициативу вошли также и те страны, которые вовлекались в ЕАЭС(Беларусь, Армения). «закрыть» Центральную Евразию от распада«сферы влияния России» подтолкнуло к решению ускорить про ект ЕАЭС как интеграционный. При этом необходимо понимать, в чем слабость евразийских институтов ­(комиссии, национальных уполномоченных и пр.) как не­ устойчивых структур. Дело не только в условных«импер ских амбициях» России, но и в том, что ни государства, ни общества не успели осознать и сформулировать свои интересы в рамках указанного проекта. Настойчивость России, объясняемая как защита от«внеш ней угрозы», на деле не внушала политическим элитам Казахстана и Беларуси доверия к проекту. Между пра вительствами начались ожесточенные споры относитель но нарушений принятых норм, с одной стороны, чрез мерных жестких обязательств— с другой, и, как следствие, появилось множество изъятий и ограничений. Но самое главное, на чем настаивали в Минске и Астане, — что характер союза должен быть сугубо экономическим. Российский взгляд на Восточное партнерство как на конкурирующий и даже экспансионистский проект стал отправной точкой для цепи роковых решений и событий, приведших к политическому кризису в Украине. Но если дистанцироваться от событий 2013–2015 гг. и взглянуть на весь процесс кооперации и интеграции с институцио нальной точки зрения, то становится понятно, что Кремль, воображая себя глобальным игроком в старых геополи тических терминах, воспринял«наступление» Китая с востока и ЕС с запада как буквальную угрозу. Намерение Множество откровенно критических характеристик от носительно ЕАЭС свидетельствуют о страхе и разочаро вании различных групп влияния в странах-участницах организации. Институционализация Евразийского экономического союза как единого экономического образования проходит в крайне сложных и противоречивых условиях. Создание таких квазинаднациональных органов, как Евразийская комиссия, Евразийский суд, на деле не обладающих 10

РЕГИОНАЛЬНЫЕ ОРГАНИЗАЦИИ ЕВРАЗИЙСКОЙ ИНТЕГРАЦИИ ­компетенциями наднациональных органов, бросает вну тренний«вызов» проекту. Попытка белорусской стороны в 2020 году усилить их функциональность путем внесения изменений в Договор была остановлена казахстанскими партнерами по соображениям«практического характе ра». При этом кооперация продолжает развиваться, од нако об интеграции речь не идет. ЕВРАЗИЯ БУДУЩЕГО За глобальными технологическими изменениями, повлек шими за собой трансформации в модели мировой эко номики, пришла очередь изменений социального и по литического характера. Индустриальное общество с его«тяжелыми формами» производства, коммуникаций, места жительства, учебы, жизненной стратегии пребывания в рамках границ од ного государства фактически отмирает. Но до сих пор самой инертной была система международных полити ческих отношений. Международные межправительствен ные организации были адекватны модели индустриальной экономики«тяжелых форм». Поэтому передача неких функций иным наднациональным институтам, также име ющим признаки этих«тяжелых форм», сегодня уже не соответствует стремительно меняющемуся миру. ЕС как«машина по производству институтов»(как его охарактеризовал С. Гуриев) первый дал пример гибких, или«легких», форм сотрудничества и возможной инте грации. Выступая с инициативой«Восточное партнер ство», он предложил миру новую гибридную форму ре гиональной кооперации-интеграции. Несмотря на критику и неприятие европейской иници ативы концептуально она стала модельной, как когда-то процесс европейской интеграции. Пример тому— гло бальная инициатива Китая«Пояс и путь» 2 . И, конечно, примером может служить Большое Евразийское парт­ нерство(БЕП), предложенное В. Путиным. Международные организации уже не привлекают гло бальных игроков из-за своей жесткой институциональ ной структуры и необходимости считаться с более слабыми партнерами в условиях нового витка глобаль ной конкуренции. Дефицит времени и требование учитывать интересы малых и средних государств тол кают их на изобретение формата, который внешне выглядит как многосторонний, но по сути является двусторонним. Если говорить о рекомендациях правительствам и обще ствам малых и средних государств, то просто укрепление жестких форм международных организаций— это стра тегия прошлого. Поэтому необходимо изобретение гибких форм устойчивости, таких как одновременное участие в разных инициативах больших игроков; конструирование новых форм международной кооперации малых и средних государств; создание виртуальных союзов, основанных не только и не столько на классических принципах гео графической близости, военно-стратегических интересов, но и на основании построения коммуникативных узлов. Для Евразии это еще и выход из континентальной замк­ нутости, где судьба целого ряда государств и народов буквально зависит от отношений между континенталь ными гигантами(Китаем, Россией и ЕС). Посему следует быть не пассивными участниками отношений между ни ми, а инициаторами новых форм кооперации не только по вертикали или горизонтали, а с комбинацией форма тов сотрудничества во всех плоскостях; переходить от «чистых форм» кооперации и интеграции к более сме шанным форматам, объединяющим их элементы. Приме ры вышеуказанного— Армения между ЕАЭС и ЕС; Азер байджан между Россией и Турцией; Грузия между Россией и ЕС; Беларусь между Россией и ЕС; Казахстан между Китаем и Россией. 2 В различных официальных и информационных источниках встречается и иное название этой инициативы—«Один пояс, один путь». 11

ЕВРАЗИЙСКАЯ СЕТЬ РЕГИОНАЛЬНЫХ ИНИЦИАТИВ И ОРГАНИЗАЦИЙ: ЭЛЕМЕНТЫ ВЗАИМОСВЯЗАННОСТИ 1.2 РЕГИОНАЛЬНЫЕ ОРГАНИЗАЦИИ АЗИИ: «ТЕРРА ИНКОГНИТА» ИЛИ«ОКНО ВОЗМОЖНОСТЕЙ» ДЛЯ УКРАИНЫ? Сергей Герасимчук, заместитель исполнительного директора, директор программы региональных инициатив и соседства Совета внешней политики«Украинская призма» В последние годы Украина активно демонстрировала приоритетность европейской и евроатлантической ин теграции. Соответствующие положения закреплены на конституционном уровне, в многочисленных документах, договорах и политических заявлениях и на данном этапе развития государства являются безальтернативными. Это одно из главных достижений Революции достоинства 2013–2014 годов. Однако на фоне интенсивных контактов с Евросоюзом, имплементации Соглашения об ассоциации с ЕС и ак тивного сотрудничества с НАТО азиатское направление оказалось в некоторой тени. Упоминания о государствах Азии присутствуют лишь в некоторых отраслевых стра тегических документах, например в Стратегии развития ОПК до 2028 г. или в Экспортной стратегии на 2017–2021 гг. При этом речь об Азии идет преимущественно в контек сте перспективности рынков региона. Вместе с тем объемы и потенциал сотрудничества сви детельствуют о том, что без формирования новой стра тегии относительно стран Азии не обойтись. ЭКОНОМИЧЕСКИЕ И ПОЛИТИЧЕСКИЕ ПРЕДПОСЫЛКИ СОТРУДНИЧЕСТВА СО СТРАНАМИ АЗИИ В число наиболее крупных импортеров в Украину входят Китай и Япония, а среди самых крупных партнеров, по лучающих экспорт из Украины, — Китай и Индия. Более того, в 2019 г. высокими темпами увеличивался экспорт в Бангладеш, Китай, Лаос, Малайзию и Таиланд(в боль шинстве случаев прирост составлял более 40%, что даже в случаях с предварительно небольшим объемом экспор та является весьма значительным показателем). При этом, поскольку страны Азии медленно, но уверенно д­ вижутся в сторону наращивания своего веса в международной системе, отношения с ними необходимо развивать с уче том стратегического значения региона. Также необходимо четко понимать, что Юго-Восточная Азия и в самом деле является крайне перспективным рынком. В то же время страны Северо-Восточной Азии— еще и потенциально значительный источник инвестиций. Определенный прогресс в этом направлении наблюда ется. Министр иностранных дел Украины Дмитрий Кулеба объявил о том, что Азия становится одним из приоритетов внешней политики Украины(хотя, следует подчеркнуть, это происходит не в ущерб европейской и евроатланти ческой интеграции), а экономизация внешней политики становится одним из доминирующих трендов. В таких условиях Украине, прежде всего, крайне необ ходимо качественно и количественно усилить свое ди пломатическое представительство в регионе, ведь не допустимой является ситуация, когда Посольство Украины в Индии одновременно охватывает еще и Бан гладеш, Бутан, Мальдивы, Непал и Шри-Ланку, а в Посоль стве Украины в Китае почти никто не разговаривает на китайском языке. Помимо того, наряду с поиском в регионе стран-партне ров, готовых стать для Украины«воротами» в Азию, не обходимо искать«окна возможностей» через сотрудни чество с региональными организациями. Естественно, организации, в которых доминирует Россия, по очевидным причинам не рассматриваются Украиной как такие, сотрудничество с которыми имеет«добавочную стоимость». Более того, в отдельных случаях(как, напри мер, в случае с Евразийским экономическим союзом) 12

РЕГИОНАЛЬНЫЕ ОРГАНИЗАЦИИ ЕВРАЗИЙСКОЙ ИНТЕГРАЦИИ такое сотрудничество будет противоречить европейским и евроатлантическим целям Украины. Однако есть ряд организаций, взаимодействие с которы ми имеет свой нераскрытый потенциал. Их роль до не давнего времени мало учитывалась, а общие с Украиной цели не принимались во внимание. ПЕРСПЕКТИВЫ ПАРТНЕРСТВА С РЕГИОНАЛЬНЫМИ ОРГАНИЗАЦИЯМИ И ОБЪЕДИНЕНИЯМИ АСЕАН Среди наиболее крупных таких организаций— АСЕАН, куда входят Бруней, Вьетнам, Индонезия, Камбоджа, Ла ос, Малайзия, Мьянма, Сингапур, Таиланд, Филиппины. Следует учесть, что сама философия этого объединения в какой-то степени созвучна философии региональных объединений Центральной и Восточной Европы. Цели организации— экономическое развитие, социальный прогресс, стабильность в регионе, достичь которых сред ние и малые государства могут, лишь объединяя усилия при взаимодействии с крупными игроками. Значительную роль в объединении играет Сингапур, и, по хоже, в Киеве это понимают. Неслучайно Посол Украины в Сингапуре(2015–2020 гг.) Дмитрий Сеник сейчас назна чен заместителем министра иностранных дел Украины, а его задачами являются диджитализация и экономизация внешней политики Украины. АСЕМ Еще одним, даже более перспективным форматом явля ется АСЕМ(ASEM)— Форум«Азия— Европа», объеди няющий страны Восточной Азии и Европы. Основная цель этой структуры— сотрудничество в области политики, безопасности, финансово-экономической и социаль но-культурной сферах и в сфере транспорта/ инфра структуры. В ASEM входят страны ЕС и Еврокомиссия, Норвегия и Швейцария, страны АСЕАН, Китай, Япония, Южная Корея, Индия, Пакистан, Монголия, Бангладеш, Секретариат АСЕАН, Австралия, Новая Зеландия и Рос сия. Среди приоритетов форума также торговля и инвестиции, устойчивое развитие и климат, миграция, вопросы безо пасности(терроризм, нераспространение ядерного оружия, кибербезопасность). Все эти области интересу ют и Украину. Украина подала заявку на участие в форуме в 2014 г., и этот процесс можно было бы ускорить в том числе за счет переговоров с европейскими партнерами, а также та кими естественными союзниками Украины, как Австралия, Япония(это направление сейчас существенно усилилось благодаря назначению Послом Украины в Японии опыт ного дипломата Сергея Корсунского), Южная Корея, Син гапур, Новая Зеландия. Существует ряд вспомогательных форматов, в частности «АСЕАН+1»(с партнерами по диалогу; например, Нор вегия, Пакистан, Турция и Швейцария стали партнерами АСЕАН по секторальному диалогу, Германия— партне ром по развитию),«АСЕАН+3»(с крупными игроками региона: КНР, Южной Кореей, Японией) и«АСЕАН+8» (более широкий формат при участии Австралии, Индии, Китая, Новой Зеландии, Южной Кореи, России, США и Японии). Для Украины страны АСЕАН— это, прежде всего, пер спективный 600-миллионный рынок. Зоны свободной торговли с отдельными странами региона могли бы от крыть перспективы зоны свободной торговли с АСЕАН в целом, а это огромный экономический потенциал. С дру гой стороны, Киев заинтересован в инвестициях из ре гиона АСЕАН в Украину. А немало стран АСЕАН имеют возможности и интерес инвестировать в перспективную страну Восточного партнерства ЕС. Актуальная тематика сотрудничества, не связанная с тор говлей и инвестициями, — противодействие терроризму, кибербезопасность, предотвращение столкновений в воз духе и на морях. Разработка универсальных, глобальных правил по этим проблемным вопросам представляет взаимный интерес для Украины и АСЕАН. 13

ЕВРАЗИЙСКАЯ СЕТЬ РЕГИОНАЛЬНЫХ ИНИЦИАТИВ И ОРГАНИЗАЦИЙ: ЭЛЕМЕНТЫ ВЗАИМОСВЯЗАННОСТИ АТЭС Гипотетически можно было бы рассчитывать на большую представленность Украины в рамках АТЭС(APEC). В этот Форум экономик Тихоокеанского побережья входит 21 государство: Австралия, Бруней, Вьетнам, Индонезия, Канада, КНР, Малайзия, Мексика, Новая Зеландия, Гон конг, Папуа— Новая Гвинея, Перу, Южная Корея, РФ, Сингапур, США, Таиланд, Тайвань, Филиппины, Чили и Япония. Однако на данном этапе структура пребывает в состоя нии турбулентности, если не стагнации. Саммит 2018 г. в Папуа— Новой Гвинее не смог согласовать финальную резолюцию, саммит в 2019 г. в Чили был отложен, а кон куренция КНР и США в регионе подрывает перспективы объединения. ­инструментам, направленным на привлечение инвести ций в регион. При этом Украине будет проще осуществлять проекты в рамках развития транспортного коридора Гданьск— Черное море, расширить географию контейнерных пе ревозок из Китая в Польшу и из Польши в Китай, усилить сотрудничество со странами 17+1 и Триморья по вопросам развития интермодального транспорта, морских, желез нодорожных и автомобильных перевозок в рамках евро пейской сети TEN-T(которая распространяется на Укра ину наряду с другими странами Восточного партнерства), Шелкового пути и транспортировки товаров из Европы в Азию и в противоположном направлении. РЕЗЮМЕ 17+1, SINO-CEEF И ТРИМОРЬЕ Немалый интерес представляет и региональное объе динение 17+1, которое географически примыкает к гра ницам Украины и в которое, помимо КНР, входят государ ства Западных Балкан, Болгария и Румыния, государства Вышеградской четверки и государства Балтии, а также Греция. Примечательно, что большинство участников объединения являются также членами Инициативы Три морья, куда входят страны Балтии, Вышеградской чет верки, Австрия, Словения, Хорватия, Румыния и Болгария (в проектах этой инициативы Украина сейчас весьма заинтересована). В ЕС и США объединение 17+1 оценивают неоднозначно, поскольку часто рассматривают как инструмент влияния Китая в регионе. Однако если абстрагироваться от гео политических мотивов и сосредоточиться исключитель но на экономической составляющей, то особое внимание следует обратить на инструмент реализации инвестиций в регионе, известный как SINO-CEEF. Этот десятимилли ардный инвестиционный фонд зарегистрирован в Люк сембурге, ориентируется на инфраструктурные проекты в Адриатическом, Балтийском и Черноморском регионах и в странах 17+1, а его деятельность мониторит Между народный валютный фонд. Среди основных вкладчиков SINO-CEEF— китайский EXIM Bank, венгерский EXIM Bank, Фонд Шелкового пути и CEE Equity Partners Ltd. Фонд управляется SINO-CEEF Capital Management Company Limited— компанией с офисами в Гонконге, Варшаве и Мюнхене. Очевидно, что в случае обострения конфликта между США и Китаем деятельность фонда вряд ли будет эффективной. Однако если в отношениях между Пекином и Вашингтоном произойдет деэскалация, существует возможность со пряжения китайских инвестиционных проектов на Запад ных Балканах и проектов Триморья, а для Киева интерес будут представлять присутствие в качестве наблюдателя как в Триморье, так и в 17+1 ­и доступ­к финансовым В Украине все больше приходят к пониманию того, что наряду с процессом интеграции в европейские и евро атлантические структуры необходимо также усиливать азиатское направление внешней политики. Ряд кадровых назначений, экономизация внешней политики и разра ботка новой стратегии по отношению к Азии говорят о том, что Киев подходит к этому вопросу довольно се рьезно. При этом ставка делается как на двусторонние отношения с дружественными странами региона, так и на взаимодействие с региональными организациями. Примечательно, что к числу таких организаций относят как те, что сформированы непосредственно в Азии, так и те, которые в той или иной степени являются проекци ей влияния стран Азии в регионе Центральной и Восточ ной Европы(например, объединение 17+1 как проекция влияния КНР). Можно рассчитывать, что наряду с реализацией эконо мической повестки дня Киев будет стараться наращивать сотрудничество и по другим вопросам, представляющим общий интерес: противостояние международному тер роризму, свобода навигации, кибербезопасность, клима тические изменения. Цель такого сотрудничества— про демонстрировать общность подходов малых и средних государств к проблемам, возникающим в этих сферах, и попытаться выработать глобальные универсальные правила, которые максимально учитывали бы интересы небольших стран. Наконец, нельзя не принимать во внимание ситуацию в китайско-американских отношениях и ее влияние как на региональном, так и на глобальном уровне. Очевид но, что деэскалация по линии Вашингтон— Пекин спо собствовала бы региональным проектам, в которых инвестиции как с Запада, так и с Востока взаимно до полняют друг друга, приводя к синергетическому эф фекту. Если же этого не произойдет, то и Киеву, и другим международным игрокам придется по-новому калибро вать свои азиатские стратегии. Однако это отнюдь не исключает статус наблюдателя в структурах, где доми нирует Китай. 14

РЕГИОНАЛЬНЫЕ ОРГАНИЗАЦИИ ЕВРАЗИЙСКОЙ ИНТЕГРАЦИИ 1.3 ВОЗМОЖНОСТИ РАЗВИТИЯ ПРОИЗВОДСТВЕННОЙ КООПЕРАЦИИ НА ТАМОЖЕННОЙ ТЕРРИТОРИИ ЕАЭС Наталья Скирко, доцент кафедры таможенного дела Белорусского государственного университета Значимость внутрирегиональных связей измеряется уве личением взаимного товарооборота стран интеграци онных объединений в общем объеме их внешней торгов ли. Во взаимной торговле страны ставят перед собой разные цели и располагают разными возможностями участия, между ними могут быть значительные отрасле вые различия. Эти факторы усложняют реализацию вза имных торговых усилий, увеличивают издержки интегра ционных соглашений(т. е., по сути, увеличивают трансакционные издержки внешнеторговой деятельности). Таким образом, далеко не все усилия по стимулированию внешней торговли обеспечивают странам рост благосо стояния— для этого просто может не хватить внутри­ отраслевых возможностей. СТРАНЫ ЕАЭС: ЦЕЛИ И ВОЗМОЖНОСТИ РАЗВИТИЯ ИНТЕГРАЦИИ Согласно исследованиям Евразийской экономической комиссии(ЕЭК), потенциал развития промышленного сотрудничества государств-членов ЕАЭС, полученный в результате создания Таможенного союза, в настоящее время исчерпан. В такой ситуации, кроме целенаправ ленного облегчения мер таможенно-тарифной политики, стимулировать региональную торговлю может производ ственная кооперация. Масштабы взаимной торговли бу дут зависеть от близости отраслевой структуры экономик стран союза, а значит— и от структуры импорта проме жуточных товаров. В рамках ЕАЭС существенные объемы кооперационных поставок припадают на Россию, Беларусь и Казахстан. Во взаимной торговле ЕАЭС Россия является чистым экспортером, а остальные страны— чистыми импорте рами. И производственная кооперация, и торговля гото вой продукцией определяются этой сложившейся осо бенностью: считается, что производство в ЕАЭС зависит от российского сырья и энергии. Данные таблицы 1 показывают, что основой взаимной кооперации российской экономики является вывоз това ров, сырья, материалов, тогда как Беларусь и Казахстан Таблица 1. Удельный вес внутрирегионального экспорта и импорта государств-членов ЕАЭС,% Россия Беларусь Казахстан Кыргызстан Армения экспорт 64,6 23,1 10,0 2,2 2018 импорт 32,3 38,1 23,6 6,0 экспорт 63,5 23,8 10,4 2,3 Источник: https://eabr.org/upload/iblock/c69/EDB_Centre_Report_52_Eurasian_Economic_Integration_2019_rus.pdf https://eabr.org/upload/iblock/d21/EDB_Integration_2020_2020_08_25.pdf 2019 импорт 33,1 36,3 24,5 6,1 15

ЕВРАЗИЙСКАЯ СЕТЬ РЕГИОНАЛЬНЫХ ИНИЦИАТИВ И ОРГАНИЗАЦИЙ: ЭЛЕМЕНТЫ ВЗАИМОСВЯЗАННОСТИ Таблица 2. Товарная структура взаимного и внешнего экспорта ЕАЭС,% 2018 в ЕАЭС в третьи страны Сырье 23,2 42,1 Энергетические товары 13,3 22,3 Готовые товары 63,3 35,5 Источник: https://eabr.org/upload/iblock/d21/EDB_Integration_2020_2020_08_25.pdf в ЕАЭС 22,8 9,7 67,5 2019 в третьи страны 43,0 22,4 35,7 больше импортируют(покупают и обрабатывают) из дру гих стран союза, чем экспортируют. Доли взаимного экспорта на рынки ЕАЭС в структуре торговых потоков Кыргызстана и Армении в 10–30 раз меньше, чем анало гичные доли стран— лидеров торговли ЕАЭС, а доли взаимного импорта— в 4–5 раз меньше таковых. Все го сударства-члены характеризуются весьма разной отрас левой структурой экономик, что и объясняет эти различия в торговле и производственной кооперации в ЕАЭС. Но главное, что демонстрируют эти цифры, — различия и раз деление стран в поиске своих конкурентных преимуществ, в отстаивании конкурентоспособности своих экономик, в ожиданиях от интеграции. Именно поэтому в ЕАЭС распространена практика за щиты отечественных производителей, сохранения рынков сбыта для них, т. е. допустимое и незапрещенное увели чение барьеров во взаимной торговле. Усиление инте грационных инициатив объясняется не только заинтере сованностью стран в специализации в самых выгодных секторах и направлениях деятельности, в использовании своих конкурентных преимуществ, но и стремлением сохранить национальные рынки сбыта для своих произ водителей. Каждая страна внутри интеграционного про екта стремится расширить рынки сбыта своих товаров и услуг и при этом всеми доступными средствами реши тельно старается ограничить доступ к национальным сегментам союзного рынка. Такая практика входит в противоречие с аналогичными усилиями соседей и мешает формированию общих под ходов. Технически, если бы рынки товаров и услуг ЕАЭС были едиными для происхождения товара, а национальные сегменты были взаимно связаны торгово-кооперацион ными узами, то в экономике формировались бы общие факторы конкурентоспособности, а во внешней торговле ЕАЭС— общие факторы роста. Однако вместо этого про изводители стран ЕАЭС конкурируют между собой как на рынках третьих стран, так и в рамках самого союза. «Экономическая интеграция в различных форматах с менее развитыми экономиками менее рискованна для производителей промышленно развитых стран, 1 Кукушкина Ю. М. Взаимосвязь региональной интеграции и глобальных цепочек создания стоимости // Международная торговля и торговая политика. — 2016. — №4. — С. 66–82. однако она не создает существенной добавленной стоимости— и взаимная торговля растет медленно» 1 . В этом смысле, даже без учета уровня развития госу дарств-участников ЕАЭС, наблюдаемая структура вза имных торговых потоков свидетельствует о разнице в интересах при налаживании кооперационных связей. Иными словами, каждая из стран союза преследует свою цель в интеграции, зачастую отстаивает свои национальные интересы, не видит выигрыша от разви тия общего пространства ЕАЭС. Причина состоит в том, что производственная кооперация и взаимная торгов ля не приводят к более производительному расходо ванию ресурсов и не связаны с ожиданиями роста добавленной стоимости. Между тем договор о ЕАЭС связывает основные цели союза— всестороннюю модернизацию и повышение конкурентоспособности национальных сегментов экономики— с производственной кооперацией, и в це лом считается, что эти факторы обеспечивают устой чивость роста внешней торговли и общего экономи ческого роста. ОТРАСЛЕВЫЕ ОСОБЕННОСТИ И ТОВАРНАЯ СТРУКТУРА ЭКСПОРТА ЕАЭС: СТАТИСТИКА Как показывает анализ товарной структуры экспорта ЕАЭС в государства-члены союза и третьи страны, ос новная статья взаимного экспорта— готовые товары, а внешнего экспорта ЕАЭС(в третьи страны)— сырье(см. Таблицу 2). В отраслевом разрезе наибольшие объемы коопера ционных поставок ЕАЭС приходятся на продукцию металлургии, машиностроения и товары химической промышленности(как в 2018, так и в 2019 году). Эти производства могут географически фрагментировать ся, а значит, их рост зависит от кооперационных свя зей и определяется ими. Промышленная кооперация приобретает особую актуальность в свете проводимой государствами-членами союза политики импортоза мещения, особенно в части производства аналогов импортируемой продукции. Прежде всего, речь идет о компонентах продукции машиностроения(по данным Доклада ЕЭК«О результатах ежегодного мониторин га кооперационного взаимодействия ­и реализации 16

РЕГИОНАЛЬНЫЕ ОРГАНИЗАЦИИ ЕВРАЗИЙСКОЙ ИНТЕГРАЦИИ Рисунок 1. Рост поставок в отраслях обрабатывающей промышленности, 2018 г.,% % Производство кокса и нефтепродуктов Обработка древесины и производство изделий из дерева Производство машин и оборудования Электрическое оборудование Производство автотранспортных средств, полуприцепов и прицепов Производство пищевых продуктов 33 16,2 14,8 14,1 11,1 10,2 Увеличение экспорта по отраслям Источник: https://eabr.org/upload/iblock/c69/EDB_Centre_Report_52_Eurasian_Economic_Integration_2019_rus.pdf Рисунок 2. Сокращение поставок в ряде отраслей, 2018 г.,% Производство одежды Производство кожи, изделий из кожи и производство обуви Производство компьютеров, электронной и оптической продукции Производство мебели Снижение экспорта по отраслям 3 5 5,5 5,7 Источник: https://eabr.org/upload/iblock/c69/EDB_Centre_Report_52_Eurasian_Economic_Integration_2019_rus.pdf кооперационных проектов» 2018 года) 2 . Таким образом, для роста взаимной торговли будут использоваться факторы внутренних рынков— а они связаны со сти мулированием внутреннего потребительского и ин вестиционного спроса. В пользу такого вывода сви детельствует и тот факт, что взаимный экспорт стран ЕАЭС вот уже несколько лет остается на уровне вы ше 60%. в ЕАЭС— продукция металлургической и пищевой про мышленности. Также в 2018 году возросли кооперационные поставки внутри ЕАЭС в большинстве(16 из 21) отраслей обраба тывающей промышленности(см. Рисунок 1). При этом в ряде других отраслей наблюдалось сокращение поставок (см. Рисунок 2). В 2018 году ключевую позицию среди товаров высокого передела занимали моторные транспортные средства для перевозки грузов(5%), причем объем товарооборота по ним возрастает с момента создания ЕАЭС. Основа взаимной торговли готовыми изделиями среднего ­передела 2 Евразийская экономическая интеграция— 2019. — М.: ЦИИ ЕАБР, 2019. — 140 с.[Электронный ресурс] Евразийский банк развития, Центр интеграционных исследований Дирекции по аналитической работе Евразийского банка развития. Режим доступа: https://eabr.org/upload/iblock/c69/EDB_Centre_ Report_52_Eurasian_Economic_Integration_2019_rus.pdf. Дата обращения: 10.10.2020 г. В 2019 г. вырос внутренний экспорт отдельных видов продукции химической(прежде всего бытовой химии и азотных удобрений) и пищевой(рапсового масла, креп ких алкогольных напитков, минеральных вод) промыш ленности. Одновременно сократились внутрирегиональ ные поставки проката черных металлов, сахара, моющих средств, полимеров пропилена и др. Основу взаимной торговли товарами низкого передела в ЕАЭС составили сельскохозяйственная и металлорудная продукция. В 2019 г. на кооперационные поставки приходилась поч ти половина взаимного товарооборота ЕАЭС. 17

ЕВРАЗИЙСКАЯ СЕТЬ РЕГИОНАЛЬНЫХ ИНИЦИАТИВ И ОРГАНИЗАЦИЙ: ЭЛЕМЕНТЫ ВЗАИМОСВЯЗАННОСТИ Отраслевые возможности реализуются в основном в тра диционной промышленности: машиностроении добыче металлов и их обработке Рисунок 3. Товары высокого передела, экспорт которых из ЕАЭС вырос, и их доля в общем объеме торговли такими товарами, 2019 г.,% 8,6 3,6 3,2 химической промышленности пищевой промышленности Основу экспорта товаров высокого передела из ЕАЭС в третьи страны составляют, как и в случае с внутрисо юзным экспортом, сложные технические изделия и транс портные средства, продукция химической и пищевой промышленности. Двигатели турбореактивных и турбовинтовых, газовых турбин Радиолокационная и радионавигационная аппаратура Продукция для электроэнергетики Другие товары высокого передела В 2019 г. увеличился экспорт в третьи страны по ряду позиций(см. Рисунок 3). При этом существенно снизился экспорт из ЕАЭС в тре тьи страны таких групп товаров: Структура экспорта товаров низкого передела из ЕАЭС в третьи страны в 2019 году была такова: — полуфабрикаты из нелегированной стали(40,1%); — ферросплавы(20%); — чугун(9,2%) и др. 3 буксиров и судов-толкачей прицепов и полуприцепов алюминиевых фитингов для труб и трубок радиолокационной и радионавигационной аппаратуры емкостей из черных металлов(резервуаров, цистерн, сосудов) В заключение хочется отметить, что не любые усилия по стимулированию внешней торговли приводят страны к росту благосостояния— для этого может быть недо статочно внутриотраслевых возможностей. Именно по этому сильны ожидания, что производственная коопе рация будет способствовать активизации региональной торговли, однако и в этом направлении государства-чле ны ЕАЭС имеют различия в планах и возможностях ин теграции и стремятся к защите отечественных произво дителей. Развитие пространства общих и единых рынков ЕАЭС и формирование общих факторов конкурентоспо собности могут стимулировать рост торговли и эконо мики в целом. Основу товарной структуры экспорта готовых изделий среднего передела из ЕАЭС в третьи страны составляет продукция металлургической и химической промышлен ности: — медь рафинированная и сплавы медные(доля в торговле продукцией среднего передела— 14,4%); — алюминий необработанный(10,6%); — удобрения калийные(9,6%); — удобрения минеральные смешанные(7,2%); — удобрения азотные(6,4%). 3 Евразийская экономическая интеграция— 2020. — М.: ЕАБР, 2020. — 80 с.[Электронный ресурс]. Евразийский банк развития, Центр интеграционных исследований Дирекции по аналитической работе Евразийского банка развития. Режим доступа: https://eabr.org/upload/iblock/d21/EDB_In tegration_2020_2020_08_25.pdf. Дата обращения: 10.10.2020 г. 18

РЕГИОНАЛЬНЫЕ ОРГАНИЗАЦИИ ЕВРАЗИЙСКОЙ ИНТЕГРАЦИИ 1.4 КРИЗИС ЕВРАЗИЙСКИХ МЕЖДУНАРОДНЫХ ОРГАНИЗАЦИЙ: ПРИЧИНЫ И ПОСЛЕДСТВИЯ Юрий Пойта, руководитель секции Азиатско-Тихоокеанского региона Центра исследований армии, конверсии и разоружения; докторант PhD Казахского национального университета им. аль-Фараби Ухудшение в последние годы социально-экономической и военно-политической обстановки, усиление протест ного потенциала населения, создание новых и«размо розка» старых внутренних и международных конфликтов на постсоветском пространстве, формирование новых угроз региональной безопасности должны вызывать свое­ временную и адекватную реакцию созданных и функци онирующих в Евразии международных организаций, в задачи которых входят поддержание региональной безопасности и создание благоприятных условий для стабильного развития стран региона. Однако в ряде случаев международные организации Евразии оказываются неэффективными в разрешении существующих в регионе проблем и противоречий, что приводит к усугублению экономического состояния стран-участниц, ухудшению ситуации с безопасностью и усиливает в политических, экспертных, научных и ме диа-кругах мнение о несостоятельности и кризисе ре гиональных организаций и инициатив. Критические вы сказывания и статьи преимущественно освещают неэффективность Организации Договора о коллективной безопасности(ОДКБ), Евразийского экономического со юза(ЕАЭС) и в последнее время— Шанхайской органи зации сотрудничества(ШОС), которые, по мнению экс пертов, выполняют скорее декоративную роль, а также в ряде случаев работают на реализацию интересов одних членов в ущерб другим. ТЕНДЕНЦИИ РАЗВИТИЯ ОБСТАНОВКИ НА ПОСТСОВЕТСКОМ ПРОСТРАНСТВЕ Общими особенностями развития ситуации на пост советском пространстве, которые имеют и будут иметь место в кратко- и среднесрочной перспективе, яв ляются: — усугубление экономического кризиса(как на фоне пандемии COVID‑19, падения мировых цен на нефть, так и в связи с неэффективностью экономических и политических реформ стран региона, а также особенностями политики и действий ЕАЭС), что способствует усилению протестного потенциала и социально-экономических противоречий между обществом и властью внутри государств; — усиление конфликтности на межгосударственном уровне на фоне отсутствия решений наболевших вопросов и неэффективности сдерживающих ре гиональных механизмов безопасности, активиза ция«тлеющих» конфликтов и противоречий. При этом уже наблюдается и будет происходить при менение регулярных вооруженных сил с леталь ным высокоточным вооружением не только такти ческого, но и оперативно-тактического уровня, а также нерегулярных формирований(так называ емых proxy militias); — формирование новой геополитической картины и расклада сил в регионе в связи с активным уча стием в региональных процессах старых/ новых игроков, в частности Турции(в военно-политиче ской сфере) и Китая(в экономической); — появление новых угроз распространения радикаль ного ислама, терроризма и экстремизма в централь ноазиатском регионе в связи с выходом военного контингента США из Афганистана и продолжающи мися межафганскими переговорами, по результатам которых ожидается интеграция в государственные органы власти страны Талибана. В этих условиях указанные выше международные реги ональные организации неэффективно выполняют свое предназначение и заявленные задачи, что приводит к усугублению ситуации и созданию новых очагов на пряженности. 19

ЕВРАЗИЙСКАЯ СЕТЬ РЕГИОНАЛЬНЫХ ИНИЦИАТИВ И ОРГАНИЗАЦИЙ: ЭЛЕМЕНТЫ ВЗАИМОСВЯЗАННОСТИ ПРИЧИНЫ КРИЗИСА В ОДКБ И ПОСЛЕДСТВИЯ ДЛЯ РЕГИОНАЛЬНОЙ БЕЗОПАСНОСТИ В сфере военной безопасности основной межгосудар ственной структурой в регионе является ОДКБ, в состав которой на данный момент входят Россия, Армения, Беларусь, Казахстан, Кыргызстан и Таджикистан. Помимо дополнительных и вспомогательных задач (торговля вооружением по внутренним ценам, подго товка кадров для вооруженных сил, специальных служб и правоохранительных органов и др.), основная цель ОДКБ— обеспечение коллективной безопасности стран-участниц Договора в случае возникновения угрозы безопасности, стабильности, территориальной целостности и суверенитету(статьи 3, 7 Устава ОДКБ) 1 . Для этого в ОДКБ созданы необходимые временные и постоянные органы управления, а также силы и сред ства, военная компонента которых включает Объеди ненный штаб ОДКБ, Коллективные силы быстрого раз вертывания Центрально-Азиатского региона(КСБР), Коллективные силы оперативного реагирования(КСОР), Коллективные миротворческие силы, предназначенные для ликвидации внезапно возникшей угрозы военного характера. Для своевременной реакции на угрозы безопасности, стабильности, территориальной це лостности и суверенитету одного или нескольких го сударств-участников либо угрозы международному миру и безопасности в ОДКБ разработан механизм действий в соответствии со статьей 2 Договора о кол лективной безопасности 2 . Согласно ему при возник новении указанных ситуаций государства-участники должны незамедлительно привести в действие меха низм совместных консультаций с целью координации своих позиций, выработать и принять меры по оказанию помощи, в том числе и военной. Однако на практике данный механизм не работает, что подтверждается событиями 2020 года в Беларуси и На горном Карабахе. В первом случае заявления президента Беларуси А. Лукашенко в августе 2020 г. о наличии угрозы внешнего вторжения со стороны НАТО, а также внешне го влияния с целью дестабилизировать внутриполитиче скую обстановку в стране по сценарию«цветных рево люций» должны были запустить механизм совместных 1 Устав Организации Договора о коллективной безопасности // Организация Договора о коллективной безопасности. [Электронный ресурс] Режим доступа: https://odkb-csto.org/ documents/documents/ustav_organizatsii_dogovora_o_kol lektivnoy_bezopasnosti_/ 2 Договор о коллективной безопасности // Организация Договора о коллективной безопасности.[Электронный ресурс] Режим доступа: https://odkb-csto.org/documents/ documents/dogovor_o_kollektivnoy_bezopasnosti/ 20

РЕГИОНАЛЬНЫЕ ОРГАНИЗАЦИИ ЕВРАЗИЙСКОЙ ИНТЕГРАЦИИ консультаций ОДКБ с последующим ­применением ­указанных выше сил и средств союза с целью защиты суверенитета и территориальной целостности Бела руси 3 . Однако, несмотря на заявления главы одного из государств-членов, региональный механизм консуль таций не был приведен в действие и соответствующей реакции ОДКБ на происходящее вокруг Беларуси, кро ме формального заявления пресс-секретаря организа ции, не было. Во втором случае в сентябре-октябре 2020 г. в Нагорном Карабахе велись боевые действия между Азербайджа ном(который проводил наступательную военную опе рацию с применением, в том числе, высокоточного ракетного вооружения и авиационного компонента) и Арменией, которая, являясь членом ОДКБ, имела пра во на коллективную защиту со стороны данной органи зации. Территория, на которой велись бои, по между народному праву принадлежит Азербайджану(что служило формальной причиной несоблюдения ОДКБ своих союзных обязательств). Однако над Арменией на тот момент нависла реальная военная угроза, посколь ку боевые действия происходили непосредственно возле ее государственных границ, Азербайджан полу чал военно-политическую и военно-техническую помощь государства-члена НАТО Турции, а отдельные ракетные удары азербайджанских БПЛА были осуществлены по военным объектам непосредственно на международно признанной территории Армении. Механизм консуль таций ОДКБ, как и другие средства, в том числе Коллек тивные миротворческие силы, применены не были, что позволяет сделать вывод о неэффективности данной международной организации в вопросах коллективной защиты ее членов. Основной причиной кризиса ОДКБ является то, что данный военно-политический блок построен по прин ципу«Россия плюс» для выполнения Москвой ряда своих геополитических задач в регионе, в частности обеспечения влияния России на постсоветском про странстве, причем очень часто— без учета интересов стран-членов организации. общего объема закупаемых Азербайджаном вооруже ний 4 , а в 2017 году между Москвой и Анкарой был под писан контракт на поставку российских ЗРС С‑400 «Триумф» на 2,5 млрд. долл., и на данный момент он продолжает выполняться 5 . Таким образом, Россия ставит в приоритет интересы собственного военно-промышленного комплекса и эко номическую выгоду, а не безопасность союзников. В то же время боевые действия 2020 г. в Нагорном Кара бахе показали неэффективность вооружения, которое Россия в течение многих лет успешно продавала сво им партнерам, в том числе средств ПВО и РЭБ, по сравнению со средствами поражения западного про изводства, в частности турецкими БПЛА Bayraktar TB2 6 . Аналогичный вывод можно сделать и о качестве боевой подготовки войск и командного состава всех уровней Армении(в военных учебных заведениях РФ, по рос сийским стандартам) и Азербайджана(в Турции, фак тически по стандартам НАТО). Вторая причина кризиса ОДКБ— неготовность России брать на себя ответственность за обеспечение безопас ности союзников лично и в составе ОДКБ, в том случае если это приносит риски для собственных интересов Москвы. Ситуация в Нагорном Карабахе осенью 2020 г. продемонстрировала, что из-за стремления поддерживать более-менее приемлемые отношения с Турцией для обеспечения ряда своих интересов(в том числе реали зации проекта газопровода«Турецкий поток», строитель ства российской АЭС«Аккую» в Турции, проектов ВТС, а также сотрудничества с Анкарой в Ливии и Сирии) Россия не считает приоритетом безопасность союзников, в частности Армении, и не осуществляет шагов по ее защите. Подписание 10 ноября 2020 г. Соглашения о пре кращении огня в Нагорном Карабахе с вводом в регион российских войск из состава 15 омсбр Центрального военного округа ВС РФ(так называемых«миротворцев») произошло уже после абсолютного военного поражения Армении в Нагорном Карабахе и, что важно отметить, без участия или даже формального упоминания коллек т ­ ивных миротворческих сил ОДКБ. Иными словами, имеет место несоответствие заяв ленных и реальных целей ОДКБ. Официальная цель— коллективная оборона и обеспечение безопасности стран-участниц. Реально же Россия, используя данный формат, пытается сохранить военно-политическую зависимость и лояльность государств постсоветского пространства, осуществляет продажу вооружения даже странам— противникам членов ОДКБ, в том чис ле Азербайджану и Турции, провоцируя таким образом своих партнеров к дальнейшей милитаризации. В част ности, по данным российских экспертов, доля постав ляемой Россией военной техники составляет 63% от 3 Лукашенко обвинил Запад в планах«отсечь» Гродненскую область // Интерфакс.— 21 августа 2020.[Электронный ресурс] Режим доступа: https://www.interfax.ru/world/722729 Третья причина кризиса ОДКБ— несовпадение точек зрения и интересов остальных членов блока. В­ частно сти, по результатам ряда дискуссий с­ казахстанскими 4 Коротченко: Россия— надежный оружейный партнер Азербайджана // EurAsia Daily.— 23 мая 2018.[Электронный ресурс] Режим доступа: https://eadaily.com/ru/news/2018/05/23/korotchenko-ros siya-nadezhnyy-oruzheynyy-partner-azerbaydzhana 5 СМИ: Эрдоган«продвигает» С‑400 на оружейном рынке, сбивая британские дроны // EurAsia Daily.— 23 октября 2020.[Электронный ресурс] Режим доступа: https:// eadaily.com/ru/news/2020/10/23/smi-erdogan-prodvi gaet-s‑400-na-oruzheynom-rynke-sbivaya-britanskie-drony 6 В России рассказали о«подмоченной репутации» «Панцирей» и С‑300 // Lenta.ru.— 21 октября 2020. [Электронный ресурс] Режим доступа: https://lenta.ru/news/2020/10/21/s300/ 21

ЕВРАЗИЙСКАЯ СЕТЬ РЕГИОНАЛЬНЫХ ИНИЦИАТИВ И ОРГАНИЗАЦИЙ: ЭЛЕМЕНТЫ ВЗАИМОСВЯЗАННОСТИ экспертами выяснилось, что участие Казахстана в воз можных военных операциях ОДКБ(особенно касатель но Азербайджана, который Нур-Султан считает брат ской страной) крайне маловероятно. А продажа Беларусью вооружения, в том числе РСЗО«Полонез», Азербайджану(несмотря на критику со стороны Ар мении), дипломатические перепалки между Минском и Ереваном из-за должности генерального секретаря ОДКБ в 2018 г. еще раз демонстрируют сложность и по рой невозможность нахождения консенсуса между государствами-членами в экстренной ситуации. ПРИЧИНЫ И ПОСЛЕДСТВИЯ КРИЗИСА В ЕАЭС ЕАЭС заявляет своей задачей развитие экономик стран-членов путем создания единого экономическо го пространства, в рамках которого будет осущест вляться свободное движение товаров, услуг, капитала и рабочей силы и проводиться скоординированная, согласованная или единая политика в отраслях эко номики. Если отбросить отчеты о десятках подписан ных меморандумов о взаимопонимании с третьими сторонами, достижениях в«глубине интеграции» и разработанных проектах нормативных документов, на которых в основном был сфокусирован итоговый документ ЕАЭС«5 лет Евразийскому экономическому союзу», а сосредоточиться на экономических показа телях, то реальная картина продемонстрирует неэф фективность в достижении поставленной цели 7 . В част ности, несмотря на многочисленные инициативы и попытки, достичь существенного роста ВВП, развить экономики стран-участниц союза, углубить интегра ционные связи с целью расширения производственной кооперации и усилить технологическую составляющую за период 2015–2019 гг. не удалось 8 . равноправие и консенсус в принятии решений, на практике принятие ключевых решений в основном монополизировано Россией. При этом большинство целей ЕАЭС являются либо декларативными по свое му характеру, либо политически мотивированными 10 . Во-вторых, система функционирует таким образом, что, пользуясь свободой перемещения товаров, Рос сия получает доступ к рынкам стран-участниц, од новременно создавая искусственные барьеры для их доступа на свои рынки. А основные принципы свободного рынка, предполагающего свободное пе ремещение товаров, услуг, капитала и рабочей силы в ЕАЭС, функционируют не в полную силу. Это вызы вало многочисленные претензии у А. Лукашенко, по скольку Беларусь прежде всего заинтересована в получении беспошлинной нефти, дешевых кредитов и доступе к внутреннему рынку и государственным закупкам в России 11 . Аналогичные претензии возни кают и у Казахстана 12 . В-третьих, Москва использует ЕАЭС в качестве ин струмента для экономического давления сразу на не скольких игроков для реализации своих геополитиче ских целей. Например, в 2016 году Россия ввела запрет транзита украинских товаров в страны ЦА через свою территорию, в результате чего товарооборот Украины со странами региона каждый год снижался приблизи тельно на 30% 13 . Очевидно, что, кроме давления на Киев, Москва добилась замещения украинских товаров на центральноазиатских рынках российскими анало гами. Второй пример— запрет транзита казахстанско го угля в Украину в 2019 году 14 (что вызвало критику со стороны Министерства торговли и интеграции Казах стана касательно ограничения Россией свободы тран зита продукции в третьи страны) и казахстанской неф ти в Беларусь 15 (в условиях сложных переговоров Ключевые причины низкой эффективности ЕАЭС в раз витии экономики стран союза таковы. Во-первых, ЕАЭС, как и ОДКБ, в связи с«гравитаци онной моделью доминирования российского рынка и объемов российского вклада в торговый оборот союза» является форматом«Россия плюс», что обу словливает лидерство России в организации и функ цию«законодателя трендов экономического развития всех стран объединения в условиях разновеликой интеграции» 9 . То есть, несмотря на декларируемое 7 5 лет Евразийскому экономическому союзу // Евразийская экономическая комиссия.[Электронный ресурс] Режим доступа: http://www.eurasiancommission.org/ru/Docu ments/3057_%D0%95%D0%AD%D0%9A_%D0%9A%D0%B D%D0%B8%D0%B3%D0%B0%202019.pdf 8 Мигранян А. Россия в ЕАЭС к 2025 году // Российский совет по международным делам.— 14 июня 2017.[Электронный ресурс] Режим доступа: https://russiancouncil.ru/ana lytics-and-comments/analytics/rossiya-v-eaes-k‑2025-godu/ 9 Там же. 10 Mostafa G., Mahmood M. Eurasian Economic Union: Evolu tion, challenges and possible future directions, Journal of Eu rasian Studies, Volume 9, Issue 2, July 2018, рages 163–172. [Электронный ресурс] Режим доступа: https://www.science direct.com/science/article/pii/S1879366518300149 11 Лукашенко о ЕАЭС:«Пофигизм, канитель, возня, доходящая до мордобоя» // Regnum.— 27 февраля 2020.[Электронный ресурс] Режим доступа: https://regnum.ru/news/po lit/2869622.html 12 Дарига Назарбаева: Для Казахстана в ЕАЭС увеличиваются препятствия и барьеры // Zakon.kz.— 24 февраля 2020. [Электронный ресурс] Режим доступа: https://www.zakon. kz/5008769-dariga-nazarbaeva-dlya-kazahstana-v.html 13 Россия ввела дополнительные ограничения на транзит украинских товаров // УНІАН.— 04 июля 2016.[Электронный ресурс] Режим доступа: http://economics.unian.net/ transport/1398709-rossiya-vvela-dopolnitelnyie-ograni cheniya-na-tranzit-ukrainskih-tovarov.html 14 Россия препятствует поставкам казахстанского угля в Украину. Отрасль несет убытки— МТИ // Zakon.kz.— 25 октября 2019.[Электронный ресурс] Режим доступа: https://www.zakon.kz/4991952-rossiya-prepyatstvuet-post avkam.html 22

РЕГИОНАЛЬНЫЕ ОРГАНИЗАЦИИ ЕВРАЗИЙСКОЙ ИНТЕГРАЦИИ Беларуси с Россией по нефти), что вызвало претензии со стороны А. Лукашенко. В-четвертых, Россия практикует использование тру довых мигрантов из стран ЦА, а также упрощение процедуры получения российского гражданства для граждан стран-членов ЕАЭС(Казахстана и Беларуси) с целью решения собственных демографических про блем, что несет как кратковременные, так и долговре менные риски для партнеров 16 . Возможное упрощение условий пребывания трудовых мигрантов также ис пользуется с целью завлечения в союз Узбекистана и Таджикистана. И последнее: наблюдаются попытки России создать на базе ЕАЭС наднациональные органы управления и тем самым ограничить суверенитет государствчленов, на что последние реагируют негативно. При мером служит заявление президента Казахстана ­К. Токаева во время заседания Высшего Евразийско го экономического совета в 2020 г., в котором он под верг критике попытки включить в документ«О стра тегических направлениях развития евразийской экономической интеграции до 2025 года» пункты, которые существенно ограничат суверенные права правительств и парламентов стран-участниц 17 . Против других инициатив, например введения общей валюты, выступают Беларусь и Казахстан. Кроме этого, на развитие ЕАЭС негативно влияют та кие факторы, как приоритет геополитических и имид жевых целей Москвы в союзе, ухудшение экономиче ских условий в России, санкции Запада в связи с военным конфликтом между Россией и Украиной, слабый прогресс в модернизации политических систем и либерализации экономик стран-участниц, а также разные, а порой и противоположные международные и внутренние интересы членов союза. 15 Лукашенко: Россия блокирует поставки нефти из Казахстана в Беларусь // Радио Азаттык.— 21 января 2020.[Электронный ресурс] Режим доступа: https://rus.azattyq.org/a/30389680. html 16 Круглый стол:«Паспортная» политика, как инструмент гибридного влияния Кремля на постсоветском пространстве // Центр досліджень армії, конверсії та роззброєння.— 26 февраля 2020.[Электронный ресурс] Режим доступа: https://cacds.org.ua/?p=8804&fbclid=IwAR07jLHwL7HbjOx 85QsfCtsVmocmcH1zCrkW4_JSwdhrIV9r1x7s3VPN3yY В связи с этим наиболее вероятным сценарием явля ется продолжение ограниченных и часто декларатив ных действий ЕАЭС на фоне большого количества 17 Токаев раскритиковал стратегию развития евразийской экономической интеграции до 2025 года // Vласть.— 19 мая 2020.[Электронный ресурс] Режим доступа: https://vlast.kz/ novosti/39666-tokaev-raskritikoval-strategiu-razvitia-evra zijskoj-ekonomiceskoj-integracii-do‑2025-goda.html 23

ЕВРАЗИЙСКАЯ СЕТЬ РЕГИОНАЛЬНЫХ ИНИЦИАТИВ И ОРГАНИЗАЦИЙ: ЭЛЕМЕНТЫ ВЗАИМОСВЯЗАННОСТИ внутренних и внешних кризисов, что не позволит ре ализовать главную цель организации— развитие экономик стран-членов. РОЛЬ ШОС В РЕГИОНАЛЬНЫХ ПРОЦЕССАХ Несмотря на то, что заявленными целями ШОС явля ются укрепление взаимного доверия, дружбы и добро соседства, поддержание мира и безопасности, содей ствие экономическому росту на пространстве, объединяющем государства-участников, очевидно, что роль этой организации в решении кризисов в регионе остается невысокой 18 . Как примеры можно рассматри вать регулярные трансграничные столкновения меж ду Таджикистаном и Кыргызстаном, Узбекистаном и Кыргызстаном, дестабилизацию внутреннеполити ческой ситуации в Кыргызстане в 2005, 2010, 2020 гг., в урегулировании которых ШОС не принимала ника кого участия. Более того, в последние годы ШОС фактически пре вратилась в площадку для заявлений, не сопровожда ющихся инструментами для практической реализации декларируемых целей 19 . Это произошло в том числе и в связи с блокировкой российской стороной попыток Китая создать экономические инструменты в этой ор ганизации(Банк развития и зону свободной торговли ШОС), а также в связи с присоединением дополнитель ных игроков с противоположными интересами(Паки стана и Индии) 20 . В результате данных действий было ограничено влияние Китая в ШОС и заблокированы его попытки усилить экономическое сотрудничество со странами ЦА на базе этой организации. В услови ях сложной внутриполитической ситуации в Кыргыз стане, возможного ухудшения военно-политической обстановки в Центральной Азии в связи с процессами, которые происходят в Афганистане, каких-либо дей ствий со стороны ШОС не наблюдается. ВЫВОДЫ И ПОСЛЕДСТВИЯ 1. Вероятность реального задействования ОДКБ для выполнения задач защиты ее членов в суще ствующих условиях низка. Этому способствуют как внутренние противоречия между членами Договора, так и политика Москвы в регионе, ко торая направлена на достижение своих интере сов за счет интересов стран-парт­неров. 2. Ожидается появление в регионе новых игроков, которые будут заполнять сложившийся вакуум силы. В первую очередь это касается Турции, кото рая готова играть более активную региональную роль и расширять сферу своего влияния(не ис ключено, что и в Центральной Азии), а также Тали бана, внешние действия которого после ожидае мого прихода к власти трудно прогнозируемы. Также устойчивый интерес к региону ЦА имеет Китай, который на данный момент проводит осто рожную, но целенаправленную и последователь ную политику по расширению своего геоэкономи ческого влияния. В долгосрочной перспективе не исключатся более активная политическая и воен но-политическая роль КНР в этом регионе. 3. Непреодоление экономических трудностей, про вал модернизации политических систем и либера лизации экономик, проблемы России, связанные с технологическим отставанием и санкционным режимом вследствие аннексии Крыма и«разжига ния» войны на Донбассе, постепенно будут усугу блять социально-экономическую ситуацию стран постсоветского пространства(особенно в госу дарствах, которые экономически тесно связаны с Россией). Вероятно, это будет усиливать про тестный потенциал и противоречия между властью и обществом, что повышает возможность деста­ билизации внутриполитической обстановки стран региона. 18 Хартия Шанхайской организации сотрудничества // Официальный сайт Президента России.[Электронный ресурс] Режим доступа: http://www.kremlin.ru/supple ment/3450 19 Каукенов А. Шанхайская организация сотрудничества в новом формате геополитических реалий // Центр досліджень армії, конверсії та роззброєння.— 01 мая 2020. [Электронный ресурс] Режим доступа https://cacds.org. ua/?p=9065 20 Габуев А. Больше, да хуже. Как Россия превратила ШОС в клуб без интересов // Московский центр Карнеги.— 13 июня 2017.[Электронный ресурс] Режим доступа: https://carnegie.ru/commentary/71212 24

РЕГИОНАЛЬНЫЕ ОРГАНИЗАЦИИ ЕВРАЗИЙСКОЙ ИНТЕГРАЦИИ 1.5 ИДЕНТИЧНОСТЬ ЕВРАЗИЙСКОГО ЭКОНОМИЧЕСКОГО СОЮЗА: АНАЛИЗ НА ОСНОВАНИИ ДОКУМЕНТОВ ВЫСШЕГО СОВЕТА ЕАЭС Чжан Хуавей, аспирант Университета Кента Евразийский экономический союз(ЕАЭС)— один из но вейших проектов региональной интеграции среди мно гочисленных организаций и инициатив, возникавших на постсоветском пространстве. Как показывает анализ истории экономической интеграции после распада ­СССР, ЕАЭС унаследовал от предыдущих волн реинтеграции как концепции, так и институциональные рамки. Еще в 1995 году была выдвинута идея Таможенного союза, основанного Россией, Беларусью и Казахстаном в пре делах Содружества Независимых Государств(СНГ). После этого в рамках Евразийского экономического сообщества были внедрены более существенные интеграционные проекты в формате Евразийского таможенного союза и Единого экономического пространства. Будучи само стоятельным кластером институтов, ЕАЭС воспользовал ся результатами предыдущих попыток на юридическом и на институциональном уровне. ЭКСПЕРТНЫЕ ПОДХОДЫ К ОЦЕНКЕ СУЩНОСТИ ЕАЭС Тем не менее возникают вопросы относительно идентич ности ЕАЭС. Неизвестно, насколько его сущность дей ствительно заключается в экономической интеграции. Экспертов, высказывающих различные взгляды на иден тичность ЕАЭС, можно условно разделить на три лагеря. Первый придерживается функционалистского и эконо мического подхода . Например, Е. Винокуров утверждает, что«ЕАЭС лучше всего рассматривать как функциони рующий таможенный союз с богатой(экономической) повесткой дня» 1 . Исходя из такой трактовки, ученые 1 Vinokurov, E.(2017) Eurasian Economic Union: Current state and preliminary results. Russian Journal of Economics, Vol. 3, p. 69. ­отмечают многочисленные достижения ЕАЭС, в частно сти«общий внешний тариф, общий набор технических стандартов ВТО и общий рынок труда, который уже су ществует или функционирует» 2 . Вторая группа ученых делает акцент на геополитическом измерении ЕАЭС, утверждая, что Россия может исполь зовать его как инструмент для достижения собственных геополитических целей. Так, Г. Мостафа и М. Махмуд от мечают, что союз«позволяет Москве представить себя как великую евразийскую державу, которая повышает собственную самооценку и, предположительно, свой статус в глазах иностранной аудитории» 3 . М. Качмарский в своем исследовании интерпретирует российское по нимание регионализма, утверждая, что«в отношении ЕАЭС Россия выбирает универсальные и юридически обязательные нормы, которые помешали бы другим игро кам влиять на ситуацию, чтобы сохранить свое влияние на постсоветском пространстве». Автор также отмечает, что, с точки зрения России,«конечный ожидаемый резуль тат евразийской интеграции заключается в создании по литического, а не просто экономического союза» 4 . Р. Драгнева, анализируя внешние связи ЕАЭС, приходит к выводу, что«они в основном служат геополитическим и стратегическим интересам России, и поэтому эти внеш ние соглашения вряд ли приведут к значительному 2 Vinokurov, E., Demidenko, M., Korshunov, D. and Kovacs M. (2017) Customs Unions, Currency Crises, and Monetary Policy Coordination: The case of the Eurasian Economic Union. Russian Journal of Economics, Vol. 3, p. 281. 3 Mostafa, G. and Mahmood, M.(2018) Eurasian Economic Union: Evolution, challenges and possible future directions. Journal of Eurasian Studies, Vol. 9, p. 164. 4 Kaczmarski, M.(2017) Non-Western Visions of Regionalism: Chi na’s New Silk Road and Russia’s Eurasian Economic Union. Inter national Affairs, Vol. 93(6), pp. 1357–1376. 25

О И Е ЗАКОНО М УЧЕСФЕР Г РЕШРЕШ ЕВРАЗИЙСКАЯ СЕТЬ РЕГИОНАЛЬНЫХ ИНИЦИАТИВ И ОРГАНИЗАЦИЙ: ЭЛЕМЕНТЫ ВЗАИМОСВЯЗАННОСТИ ЧЕНИ ИЯ И А Р К Е ВО Л Н Ю ШЕН РЫ ОЙ Й Я ЗАСЕДАН ГОВ ИЯ ЛЕ ИТИКИ З Д РЕГО БО КО НИ ТОР О ПОЛ ТЬ ПЕ СВО БЛИ Е ИИ ТА НОГ ДИ У АШ Ц АК ОЧ ЕР И СП ГЛ ЗА ЗА ТВ АМ РЕ А Н СО ЛИ ОВ У ЛЕН ЬИ РУ ЧЛЕ РА ЕН ИЛ Ч ТАТ ТО ЛИ БЕ М ЧЛ Ш У С СЕК РГОВ Ы ЛИ НИЕ Е КА РЕ ИЛ ТНАМ Г ТО СТЕМ СИ РЕШ ЫН НЫ С ВЬЕ ЛУ Н СТВ Р ОРО ИЕ А УС ЛА АР ИЯ СТ ЕН ОР ИИ ЕГО П УД ВАН ОГО РЕШГОВ ИЗАЦ ОБЩ ОС СО АЛЬН ЛИКИ О ЕАЛ БОТЫ СТИ Г ЛО ИЦИ ПУ В Б ОРУ Д Р РА ЛА ГО ОФ РЕС ДОГО Б О ­развитию торговли или дальнейшему функциональному ­взаимодействию вне политических мотивов России» 5 . Представители третьего лагеря признают функциональ но-экономическое измерение ЕАЭС, но принимают во внимание и геополитические последствия реализации проекта. Эту точку зрения иллюстрирует утверждение Б. Сеги:«ЕАЭС— гибридный наполовину экономический и наполовину политический“двуликий Янус”, который поддерживает как амбициозную политическую повестку Путина, так и экономические перспективы союза» 6 . Ш. Ро бертс и А. Мошес выдвигают идею многогранной евра зийской идентичности в основе ЕАЭС, охватывающую признание необходимости модернизации национальных экономик для повышения конкурентоспособности, обо ронительный регионализм в геоэкономическом смысле для защиты национальных производителей, а также аспект безопасности 7 . А. Либман и А. Обыденкова считают, что формально ЕАЭС является чисто экономической органи зацией, но может служить механизмом перераспреде 5 Dragneva, R.(2018) The Eurasian Economic Union: Putin’s geo political project. Foreign Policy Research Institute, p. 1, https:// www.fpri.org/wp-content/uploads/2018/10/rpe‑6-dragne va-final2.pdf 6 Segi, B.S.(2018) Putin’s and Russian-led Eurasian Economic Union: A hybrid half-economics and half-political“Janus Bifrons”. Journal of Eurasian Studies, Vol. 9, p. 52. 7 Roberts, S.P. and Moshes, A.(2016) The Eurasian Economic Union: A case of reproductive integration. Post-Soviet Affairs, Vol. 32(6), pp. 551–552. ления, направленного на то, чтобы в геополитической сфере другие страны действовали в соответствии с пред почтениями России 8 . ИДЕНТИЧНОСТЬ ЕАЭС В ПРЕДСТАВЛЕНИИ САМОГО СОЮЗА Приобщаясь к этой дискуссии, ниже мы проанализируем идентичность ЕАЭС с помощью конкретной методики. В частности, в публикации представлен статистический анализ данных из документов, изданных Высшим Евра зийским экономическим советом в течение 2015–2020 го дов. В фокусе анализа— слова, часто упоминаемые в до кументах Высшего совета. Отследив используемые в этих источниках риторику и лексикон, исследователь получа ет достаточно информации, чтобы определить ключевые проблемные области, нормы и принципы, которые выяв ляет и озвучивает сам ЕАЭС. Охват всех документов(142 решений и 45 приказов) дает общее представление о самовыраженной иден тичности ЕАЭС за данный период(2015–2020 годы). Так, в плоскости целей или проблемных областей наиболее употребляемым в материалах ЕАЭС является слово «услуги». В контексте оно чаще всего встречается рядом 8 Libman, A. and. Obydenkova, A.(2018) Regional International Or ganizations as a Strategy of Autocracy: The Eurasian Economic Union and Russian Foreign Policy. International Affairs, Vol. 94 (5), p. 1045. 26

РЕГИОНАЛЬНЫЕ ОРГАНИЗАЦИИ ЕВРАЗИЙСКОЙ ИНТЕГРАЦИИ И ЧЛЕН НИР А ОВ ТВЕ А Р Н Д И И РЫ Я ТЬ НКА АМ ФУН О К К Ц О И Л РЕН А О А У НЫХ ЦИИ ТВ ПР Д О УТ СМОТ ЛИЗ РС И ПРЕ ЕРА ДА М ИБ У А Л УСЛУГ ОВ ГОС ЧЛЕН ЕКТОРУ И С Г ЕН ТВ УСЛУ ОТЫ ЧЛ С АБ КАХ Р ЛУ Р РАМ НИЯЫ А И М ОЖЕРОН ГО Р С Е У Ш Д РИЕЛШСЕНИЕ ПОЛСТО БЩЕГО О Ч ЦИ ЛЕ И НИЕ Н ЛИЗА ЯЖЕ Е РЕ С Т А ПОР ЕНИ И И РА Ж ОС Ь ЛО ЬН АТ ТАХ НИЯ ТА А РИ ТЕЛ ИЯ СТ ЕЗУЛЬИРОВ ЦИИ П ЕЯ ДЕНЯТИЙ Ф Р ОР К М УРЕН ИЕ Е Д РОВ ПРИНИЙ ОЕ А КОН ЕН П ЕР ОЖ МЛ ГАЗ РУ ЕШ ПО ЙТЕ ВО ОМ Р Д СА О Ц Г И О АЛЬН РА П О О Ф Р Г И ЯДКА ОВ Л О И Е К НИ И И ДО ПУБ ВНЕС ТВА РЕС СТАН ЛЬС ТР ЗАХ ТЕ ИС М КА ОДА ИН ЕТО РЕ Н МЧ Е ЗАКО У СФ со словами/ словосоче Ю та Ч н Е и Н ям И и« И Я единый рынок»,«сек И тор» и«подсектор А » К . Л Рассм Е о Н тре Р в Ы весь к О ор Й пус и весь КОЙ ИЯ исследуемый пер З ио Р д, Е м Ш ожн В о О увид Д ет Н ь убедительные ЛИ ЕН И ТЬ доказательства, что рыно Е к Г у О слуг Б ил О и сфера услуг— глав И ная проблемная ЕР об П ласть, в В ко О торой приходится функци УБ Ш И Д онировать ЕАЭС. С ЕСП ГЛА ЗАЦ ТВЕР АМИ В контексте нормативных аспектов или основных прин ЗАОЧНОГО Также следует обр Н ат И ит Я ь вн Е имание на внешнюю деятель ность ЕАЭС в о Е б Д оз А наче В нн Л ый период. Р К е И шение №3 вводит в силу сог З л А аш С ен Р ие Г о О свободно Л й И т Т о И рговле с Вьетнамом, которое явля Т е О тся значительн П ы О м результатом внешней де ятельности ЕАЭС. Кроме того, среди часто употребляемой лексик К и Т н А еоднократно встречается слово«переговоры», А причем в контекстах, где также упоминаются Египет, Син гапур, Сербия, Иран и Индия. Таким образом, 2016 год Р О И В У Н ципов самовыраженной идентичности ЕАЭС стоит от- также знаменует собой начало интенсивных усилий ЕАЭС С РАЛ НО Л ЧЛЕ ТЬИ РУ метить слово«либе Е ра Н л А изация». Оно часто соседствует по заключению соглашений о свободной торговле с внеш А О со словами«план Ч » Л и«услуга». С учетом важности рынка БЕ ЛЕ И СТ ЕКТ / сферы услуг можно утверждать, что либерализация ними партнерами. Этот вывод подтвержда И ет и частотность употребления слова«свободная», не В е Л диножды встреча И Ч Ш У С рынка/ сферы услуг является зн М ачительным аспектом ющегося в сочетании со словам Р и Г « О тор Ы говля»,«зона» и«со Л ЫНКА РЕ СИЛ УГ В идентичности ЕАЭС. ЕНИЕ глашени А е М ». ТН ТО СТЕМ СИ Р Е Л Н Т При подробном ра Е сс Ш мотрении данных Н с Ы разбивкой по ЬЕ В Анализ документов Высшего совета и вышеизложенные НИ РА УС ЛА РС ИЯ годам Р становится очевидно, что о Р с О обое значение для факты позволяют сделать вывод, что ЕАЭС представля П А Н ЕАЭС имеет 2016 год. В корпу Т се О за этот период два вы- ет собой преимущественно экономичес О кую и функци Е О Д А С И Ш В У В шеуказанных важных слова(«услуги» и«либерализаци И я») он Е ал Г ь О ную организацию. Хотя у Г Росси О и могут быть соб РЕ ГО ОС СО упоминаются особенно часто, а значит, в этом вр З ем А е Ц нном БЩ ственные геополитические амб Л и Ь ци Н и ил И и и К н И тересы, они О Г О отрезке ЕАЭС начал сосредотачиваться на с Л во И их бу Ы дущи О х не И присутствуют на высше И м А уров У не Б п Л риня Р т У ия решений Д ОЛ ключевых проблемных направлениях Р . ЕА АБОТ АС в Т ЕАЭС и не Ц отражен И ы в его п С о П лити Г к О е В . Н О апример, зна Г Р БЛ чительным аспек О том Ф иден Р ти Е чнос Д т О и ЕАЭС является ли Более того, изучение употребления слова«услуг О и» при- берализация сферы/ рынка услуг. Однако следует при водит нас к Решению №23, которое включало подробные знать, что документы Высшего совета представляют планы либерализации сферы услуг. Так, оно охватывает собой лишь самовыражение, или самопрезентацию, общие строительные услуги, инженерные, арендные, идентичности ЕАЭС. Другие стороны могут воспринимать рекламные и туристические услуги, а также услуги по ее иначе. Хотя ЕАЭС позиционирует себя как экономи оценке имущества и проч. Таким образом, данный доку- ческая организация, у внешних игроков могут возникнуть мент значительно повлиял на этот важный аспект само опасения по поводу геополитических последствий его выраженной идентичности ЕАЭС. деятельности. 27

ЕВРАЗИЙСКАЯ СЕТЬ РЕГИОНАЛЬНЫХ ИНИЦИАТИВ И ОРГАНИЗАЦИЙ: ЭЛЕМЕНТЫ ВЗАИМОСВЯЗАННОСТИ 28

ИНИЦИАТИВЫ ГЛОБАЛЬНЫХ ИГРОКОВ ПО РЕГИОНАЛЬНОЙ ИНТЕГРАЦИИ 2 ИНИЦИАТИВЫ ГЛОБАЛЬНЫХ ИГРОКОВ ПО РЕГИОНАЛЬНОЙ ИНТЕГРАЦИИ ХХІ век начинается с ускорения технологических изме нений. Скорость приобретает все большее значение и в международных отношениях. Поэтому, помимо уже при вычных форм сотрудничества и интеграции, выдвигаются новые, более гибкие и оперативные, нежели региональ ные организации. Крупные игроки Евразии— Европейский союз, Китай и Россия— предлагают инициативы, отражающие их ви дение международной кооперации(Восточное партнер ство,«Пояс и путь» и Большое Евразийское партнерство). Это также формы международной конкуренции за Евра зию, которые призваны укрепить и расширить влияние больших акторов. Эксперты усматривают в этих процес сах фактор повышения конфликтогенности в Евразии, так как различия в видении будущего континента могут привести к конфликту воспринимаемых интересов. В разделе«Инициативы глобальных игроков по регио нальной интеграции» представлены публикации, в кото рых рассмотрены как содержание инициатив, так и их взаимодействие: кооперационное и / или конфликтное. 29

ЕВРАЗИЙСКАЯ СЕТЬ РЕГИОНАЛЬНЫХ ИНИЦИАТИВ И ОРГАНИЗАЦИЙ: ЭЛЕМЕНТЫ ВЗАИМОСВЯЗАННОСТИ 2.1 ОТ ГЛОБАЛЬНОГО К ЛОКАЛЬНОМУ: ПОТЕНЦИАЛ СОТРУДНИЧЕСТВА ВО МНОГОПОРЯДКОВОМ МИРЕ ЕВРАЗИЙСКОГО РЕГИОНА Елена Коростелева, профессор международной политики, профессор Университета Кента, руководитель международного проекта COMPASS(Великобритания) Мы живем в сложном мире. Любому, кто заинтересован в управлении какимлибо аспектом этого мира, понадобится глубокое понимание устойчивости и ее последствий 1 . СЛОЖНОСТЬ КАК ОСНОВА Согласно китайской пословице, жить во времена пере мен— проклятие. А если жить с изменениями созна тельно, наблюдая за тем, как ускоряется их темп 2 и как появляется так называемый VUCA-мир— мир растущей нестабильности(volatility), неопределенности (uncertainty), сложности(complexity) и неоднозначности (ambiguity) 3 , это может привести даже к онтологическо му кризису, который влияет на чувство порядка и связи с будущим человека, на его отношения и переживания 4 . Однако в зависимости от реакции человека на измене ния жизнь в таких условиях может стать как проклятием, так и благословением, и именно это, похоже, формиру ет предпосылку существования в нынешней изменчивой международной среде, зажатой между сложностью, неистовыми кризисами, ускользающим контролем и не податливыми инструментами для борьбы с неопреде ленностью. Как реагировать на изменения, чтобы это 1 Walker, B and Salt, D.(2006) Resilience Thinking: Sustainable Ecosystems and People in a Changing World. Islandpress. 2 Beck, U.(1992) Risk Society: Towards a New Modernity. Thous and Oaks: SAGE. 3 Burrows, M. and Gnad, O.(2017) Between‘Muddling Through’ and‘Grand Design’: Regaining Political Initiative— The Role of Strategic Foresight. Futures, 97: 6–17. 4 Flockhart, T.(2020) Is This the End? Resilience, Ontological Se curity, and the Crisis of the Liberal International Order. Contem porary Security Policy, 41(2): 215–240. подходило как отдельным людям, так и глобальным порядкам, чтобы с неопределенным будущим было лег че справиться? В сложные(и кризисные) времена некоторым прави тельствам по всему миру, похоже, нравится идея«вер нуть себе контроль» в попытке укрепить свою власть и отгородиться от глобальных проблем, чтобы обеспе чить выживание страны в условиях изоляции. Однако долгосрочные преимущества такого подхода неопре деленны и весьма неоднозначны, как это продемон стрировала пандемия COVID‑19 5 . Хотя закрытие границ и введение централизованного контроля, возможно, и поспособствовали изначальному сдерживанию ви руса, но чтобы с ним справиться и выйти из жесткого карантина, нужны намного более сложные коллектив ные решения, чем те, которые правительства могут внедрить самостоятельно 6 , учитывая«динамизм и вза имосвязанность, присущие современному миру» 7 . А стратегии изоляции, скорее всего, принесут еще больше неопределенности и раздробленности— из-за чего такие националистические сценарии отличаются неустойчивостью. 5 Яркий пример— вызванный Брекситом отказ Великобрита нии от трех раундов коллективных закупок СИЗ Евросою зом в надежде самостоятельно организовать поставки. Од нако Британии не удалось заключить сделку с Турцией, из-за чего под угрозой оказались жизни многочисленных медиков и других важных для общества работников. См.: The Guardian, 13 апреля 2020 года. 6 Tocci, N.(2020) Resilience and the Role of the EU in the World. Contemporary Security Policy, 41(2): 176–194. 7 Korosteleva, E., and T. Flockhart.(2020) Resilience in EU and International Institutions: Redefining Local Ownership in a New Global Governance Agenda. Contemporary Security Policy, 41(2): 153–175. 30

ИНИЦИАТИВЫ ГЛОБАЛЬНЫХ ИГРОКОВ ПО РЕГИОНАЛЬНОЙ ИНТЕГРАЦИИ Другой вариант— выйти на глобальный уровень, расши ряя существующие доминирующие порядки, которые часто легитимизируют, ссылаясь на их историческую долговечность и заявляя об их нормативной«универ сальности» и близости к различным культурам. В основе этой логики лежит идея«экспорта»«порядка, основан ного на правилах/ ценностях», при котором внешнюю среду заставляют вести себя«как мы» и подстраиваться «под нас» и таким образом надеются расширить свою зону власти и не допустить«импорта» угроз 8 . Хотя в соз дании групп«других-единомышленников» нет ничего плохого, пока что их расширяли преимущественно в од ностороннем порядке и ставя их в зависимое положение, а не основываясь на здоровой конкуренции(например, таковы нынешние отношения между Китаем и США), а в бо лее экстремальных случаях— с помощью военного вме шательства(как это случилось в Крыму, Ираке, Ливии, а недавно— в Иране). С учетом наступления многопо рядкового/ многогранного мира 9 и последующего пе рераспределения средств и ресурсов этот вариант так же является неустойчивым. Например, это проявляется через кризис либерального международного порядка 10 , рост поддержки популизма и«мелкие торговые войны» между установившимися и развивающимися игроками международной политики 11 . Третий вариант, который и поддерживает эта публика ция  12 , — действительно полностью принять сложность, и концептуально, и на практике. Для этого необходимо двигаться от«глобального» к«локальному», но не терять эту связь(как предполагается в первом варианте), а на против: понимать, как перемены и их последствия вли яют на индивидуума локально, и находить связь этого влияния с«глобальным», обеспечивая коллективную устойчивость и способствуя налаживанию порядков сотрудничества , как сказано в Глобальной стратегии безопасности ЕС 2016 года. Чтобы это произошло, нуж но переосмыслить основы сегодняшнего управления миром, как в теории, так и на практике. Э. Кавальски 8 Diez, T.(2005) Constructing the Self and Changing Others: Reconsidering“Normative Power Europe”. Millennium, 33(3): 613–36 9 Flockhart, T.(2016) The Coming Multi-Order World. Contempo rary Security Policy, 37(1): 3–30. Acharya, A.(2018) Constructing Global Order: Agency and Change in World Politics. Cambridge: Cambridge University Press. Tang, S.(2018) The Future of International Order(s). The Washington Quarterly, 41(4): 117–131. 10 Mearsheimer, J.(2019) Bound to Fail: The Rise and Fall of the Li beral International Order. International Security, 43(4): 7–50. Ikenberry, J.G.(2018) The End of Liberal International Order? In ternational Affairs, 94(1): 7–23 11 Cox, M.(2017) The Rise of Populism and the Crisis of Globalisa tion: Brexit, Trump and Beyond. Irish Studies in International Af fairs, 28: 9–17. 12 Эта публикация основана на статье: Elena A. Korosteleva, Irina Petrova(2020) From‘the global’ to‘the local’: the future of‘co operative orders’ in Central Eurasia in times of complexity, Inter national Politics.[Электронный ресурс] Режим доступа: https://link.springer.com/article/10.1057/s41311–020–00262–4 утверждает, что следует сделать мышление, ориенти рованное на сложность, неотъемлемой частью между народных отношений, — сформировать так называемые «сложные международные отношения», которые явля ются концептуальной предпосылкой данной статьи, — чтобы выступить за новое«видение политики, сосре доточенное на ответственности», и за«имманентное самоупорядочение» 13 . В свою очередь, это подразуме вает новый способ управления«снизу вверх», при ко тором«индивид»(коллективно) получает возможность справиться с изменениями и реализовать свой потен циал так, как он к этому стремится сам . Таким образом обеспечивается включение интерпретации«хорошей жизни» конкретного человека, его идентичности, отра женной в проекциях власти, а также принципов и прак тик, руководящих ежедневным поведением, — что фор мирует основы для возникновения и сосуществования новых порядков. ЕВРАЗИЯ В ФОКУСЕ Применение этого нового мышления для понимания возможных форматов сосуществования вновь возникших порядков было бы особенно актуально для такого слож ного региона, как Евразия, который простирается от Беларуси на западе до Таджикистана на востоке и Кав каза на юге  14 . Это географическое пространство стол кнулось с борьбой за установление своего порядка между ЕС, Китаем и Россией(и не только), которые пы таются расширить влияние, но при этом часто не учи тывают не только саму сложность этого исторически динамичного региона, но и его разнообразные голоса и потребность в сотрудничестве для обеспечения боль шей устойчивости. Ориентация в обсуждении установленных и возника ющих порядков на Евразию как географическую мест ность вызвана недавними изменениями, которые нака пливались в течение последних нескольких лет и десятилетий. Хотя доминирование в Евразии давно является относительно важным геополитическим при оритетом, из-за внимания к вызовам, с которыми стол кнулся так называемый«либеральный международный порядок», до сих пор анализ преимущественно сосре дотачивался на глобальном уровне 15 . И хотя вопросы 13 Kavalski, E.(2007) The Fifth Debate and the Emergence of Com plex International Relations Theory. Cambridge Review of Inter national Affairs, 20(3): 433–454. 14 Определение евразийского региона в этой публикации ско рее соотносится с географической местностью, объединен ной общим прошлым опытом, чем с социально сконструи рованным регионом. В рамках этой публикации в регион не входят Китай, Россия и ЕС, чтобы можно было отследить уча стие последнего и стратегии управления для формирования будущих порядков во всем регионе. 15 Ikenberry, J.G.(2018); Acharya, A.(2018); Tang, S.(2018) 31

ЕВРАЗИЙСКАЯ СЕТЬ РЕГИОНАЛЬНЫХ ИНИЦИАТИВ И ОРГАНИЗАЦИЙ: ЭЛЕМЕНТЫ ВЗАИМОСВЯЗАННОСТИ активизации регионализма занимают заметное место в сфере международных отношений со времен окон чания Холодной войны, постепенное переопределение глобальной роли Вашингтона— пока наиболее замет ное во время президентства Трампа— и подъем цен тральной Азии и Кавказа(как пути к Ближнему Востоку) предполагают, что будущее Евразийского суперконти нента может в значительной степени зависеть от его же внутренних(но ранее игнорируемых) игроков, и ука зывают на необходимость перехода на местный уровень , чтобы лучше понять возникающие там динамики упо рядочения. Примечательно, что напористость, которую в последнее время проявляет Россия, четко совпала с предполагаемой дальнейшей консолидацией Евро пейского союза и расширением его попыток сотруд ничества с«соседями соседей» после запуска новой Стратегии ЕС в направлении Центральной Азии 16 , а так же с началом китайской политики BRI, которая факти чески нацелена на то же пространство  17 . И хотя значи тельная зависимость ЕС от гарантий безопасности США 16 https://www.consilium.europa.eu/en/press/press-relea ses/2019/06/17/central-asia-council-adopts-a-new-eu-stra tegy-for-the-region/ 17 Китай сейчас работает над программой BRI 2.0(«Пояс и путь») специально для продвижения аспекта«люди— людям». может повлиять на форму евразийской интеграции, запуск в ЕС стратегии сотрудничества с Азией указы вает на желание в той или иной форме отреагировать на действия Китая. С этой целью в Стратегии глобаль ной безопасности ЕС(2016 г.) непосредственно про писана необходимость развития порядков сотрудни чества в регионе и за его пределами; однако воплотить это на практике, как оказалось, непросто. ВОЗМОЖНЫ ЛИ ПОРЯДКИ СОТРУДНИЧЕСТВА В УСЛОВИЯХ ВСЕ БОЛЬШЕЙ СЛОЖНОСТИ В ЕВРАЗИЙСКОМ РЕГИОНЕ? Очевидно, все три крупных игрока, которые борются за влияние в евразийском регионе(ЕС, Россия и Китай), помнят о сложности и соответствующим образом адапти руют свои стратегии управления к этому многогранному региону. Примечательно, что все они в разной степени анализировали свою политику на основании реакции в регионе и пытались соответствующим образом при способиться к возникающим условиям. Они научились лучше дифференцировать свое управление в зависимо сти от региональных потребностей, а со временем на чали уделять больше внимания развитию горизонтальных 32

ИНИЦИАТИВЫ ГЛОБАЛЬНЫХ ИГРОКОВ ПО РЕГИОНАЛЬНОЙ ИНТЕГРАЦИИ межличностных отношений с использованием различных подходов и инструментов. На уровне концепций и риторики подход к управлению, избранный ЕС, оказался наиболее всеобъемлющим: после Глобальной стратегии Евросоюз, похоже, переходит к но вому«децентрализованному» уровню взаимодействия с«местным» через«устойчивость». Китай сначала уделял приоритетное внимание двусторонним отношениям с правительствами и только сейчас начинает понимать, что для успеха BRI 2.0 нужно способствовать взаимодей ствию«снизу вверх». Россия же, чтобы более эффектив но справляться с возрастающей сложностью региона, использует как жесткие, так и мягкие средства власти, особенно культурную близость за счет языка и медиа-при сутствия. Однако, хотя все три игрока и адаптируют свою политику, их стратегии управления все равно основаны на их собственном видении путей развития этого мно гогранного региона и на их же понимании потребностей людей; это свидетельствует, что они недостаточно при нимают во внимание как сложность региона, так и взаи мосвязь подходов друг друга. Наиболее проблематичным представляется применение на практике рефлексивных проекций и принципов власти с целью повысить адаптивность и гибкость соответству ющих стратегий управления в контексте изменений. Хотя каждый из трех игроков и делает в своей риторике акцент на взаимодействие на локальном уровне, ни одному из них не удалось достаточным образом наладить связь с местными сообществами на основе сотрудничества , ставя во главу угла наращивание потенциала согласно принципам«снизу вверх» и«изнутри наружу». Как утвер ждают Ф. Боссуйт и И. Болгова, это можно объяснить«под спудным соперничеством между всеми тремя игроками, а также их разными взглядами и подходами к развитию» 18 . Однако, хотя эти подходы действительно могут отличать ся, по-видимому, их должны объединить обещанные уси лия по обеспечению взаимосвязанности в контексте целей стратегического развития. На двустороннем уров не постепенно возникает диалог, но многостороннее сотрудничество, особенно с более сильным региональ ным голосом(голосами), остается делом отдаленного будущего. Ситуация могла бы измениться, если бы веду щие игроки в ответ на неопределенность и перемены решили целиком принять сложность и взаимодействовать с многочисленными субъектами напрямую и на основа нии принципа«снизу вверх», а не просто через финан совых посредников(например, ЕБРР или АБИИ). По край ней мере, это позволит лучше понять, как сделать управление более эффективным, а развитие— более устойчивым. Жить во времена перемен(и кризиса)— это проклятие, но если строить жизнь совместно и устойчиво, может стать благословением. Однако это может произойти толь ко в том случае, если полностью принять мышление, ори ентированное на сложность, превратив таким образом будущее в возможность. 18 Bossuyt, F. and Bolgova, I.(2020) Connecting Eurasia: Is Coope ration between Russia, China, and the EU in Central Asia possible? // Lagutina, M.(ed.) Regional Integration and Future Cooperation Initiatives in the Eurasian Economic Union. Ch.13, pp. 234–50. 33

ЕВРАЗИЙСКАЯ СЕТЬ РЕГИОНАЛЬНЫХ ИНИЦИАТИВ И ОРГАНИЗАЦИЙ: ЭЛЕМЕНТЫ ВЗАИМОСВЯЗАННОСТИ 2.2 ИНИЦИАТИВА«ПОЯС И ПУТЬ» В 2020 ГОДУ: НОВЫЕ ОЦЕНКИ ОГРАНИЧЕНИЙ И ВОЗМОЖНОСТЕЙ? Мария Данилович, доцент кафедры международных отношений Белорусского государственного университета Оценить перспективы пути, часть которого пройдена,— задача куда более практическая, чем прокладывать путь вперед до начала движения, когда выбрано лишь общее направление. Особенно когда движение заду мывается в нескольких направлениях одновременно— как в случае китайской инициативы«Пояс и путь». К концу 2020 года оценка ее перспектив— задание гораздо более прикладное, чем раньше, но вовсе не потому, что путь впереди стал более обозримым. ­Во-первых, мы видим наметившуюся траекторию и ощу щаем заданный темп. Во-вторых, сопутствующие и пре пятствующие факторы, о влиянии которых поначалу можно было лишь рассуждать, уже проявились в доста точной мере, чтобы определить, что стоит принимать во внимание, глядя вперед. Наконец, не прогнозируемые заранее события, без которых, как свидетельствует опыт, не обходится ни один путь, уже случились, и их послед ствия— данность, с которой приходится считаться. альные документы, обозначающие движение вперед или хотя бы проработку маршрута, не публиковались. Это создавало у многих внешних наблюдателей ощу щение неопределенности перспектив. В КНР же ак тивно изучали, как сделанное предложение воспри нимается имеющимися и возможными партнерами. 2015–2016— примерно два года после периода ре когносцировки— ушли на«подготовку почвы». Еще примерно два года(2017–2018) продолжалась отладка системы. Главной причиной скептического отношения к китай ской инициативе оставалась ее неконкретность и об текаемость. Поэтому в КНР большие средства и силы вкладывались в формирование четких и положитель ных представлений о проекте— в первую очередь, путем публикации материалов о нем внутри страны и за рубежом и проведения«демонстрационных» мероприятий. ПЕРВЫЕ ШАГИ ПО ВНЕДРЕНИЮ ИНИЦИАТИВЫ И ИХ КРИТИКА Предпосылки для запуска инициативы«Пояс и путь», а также основные направления ее реализации наме тились к концу 2013 года. К этому времени КНР заклю чила двусторонние соглашения с рядом потенциальных участников проекта, и все эти документы объединяла нацеленность на экономическое сотрудничество, су лившее потенциальным участникам заметные выгоды от китайских инвестиций. После того, как об инициативе было объявлено офи циально, Китай в течение двух лет«прощупывал» бу дущих партнеров на предмет готовности. При этом какие-либо планы, дорожные карты или иные офици От инициативы ждали большей глубины проработки и конкретных деталей. Во многом именно эту задачу был призван решить Второй форум по«Поясу и пути», проведенный весной 2019 года. Многочисленные ма териалы, публиковавшиеся в преддверии форума и по его итогам, должны были скорректировать дискурс и восприятие инициативы. Озвучивались дилеммы, связанные с многообещающими проектами в рамках инициативы, и планы действий по их разрешению. Так, в ответ на опасения, что«Пояс и путь» откроет воз можности для коррупционных связей между китайски ми компаниями и местными властями, был обнародован антикоррупционный план«Чистого» Шелкового пути. В ответ на активную критику связанных китайских кре дитов как возможной причины невозвратных долгов появился план создания Системы обеспечения устой чивости долга. 34

ИНИЦИАТИВЫ ГЛОБАЛЬНЫХ ИГРОКОВ ПО РЕГИОНАЛЬНОЙ ИНТЕГРАЦИИ ВОЗМОЖНЫЕ БАРЬЕРЫ ДЛЯ РЕАЛИЗАЦИИ ПРОЕКТА Обратимся ко второму пункту, а именно к проявившимся за семь лет препятствиям на пути внедрения инициативы. При этом особенно следует проанализировать эксперт ное мнение в КНР. Хотя в целом в своих оценках экспер ты следуют официальной линии и потому традиционно оценивают перспективы проекта— главного детища Си Цзиньпина— как блестящие, тем не менее, они указыва ют на несколько групп вызовов: 1) Внутрирегиональные(в рамках Евразии, трактуе мой как, в первую очередь, постсоветское про странство): — недостаток доверия к КНР со стороны ряда стран-участниц. На низовом уровне в соседних странах недоверие к китайцам(вплоть до вос приятия китайской инициативы как скрытого экспансионизма)— традиция, с которой до сих пор приходится бороться; — возможность«цветных революций», влекущих за собой нестабильность режимов и нарушение договоренностей; — конфликты между странами-участницами вдоль «Пояса и пути»; — угроза терроризма и экстремизма со стороны радикальных движений. 2) Со стороны крупных внешних игроков: — противостояние с США. Именно в этой парадиг ме(как противостояние России и КНР со стороны США и ЕС) интерпретируются текущие события в Беларуси, которая ранее, на фоне нес­та­ бильности в Украине, рассматривалась как клю чевой элемент китайского проекта в западной части постсоветского пространства; — российский проект ЕАЭС. Изначально ставка была сделана на интегрирование ЕАЭС в«Пояс и путь» за счет действий на многостороннем ре­гиональном уровне и продвижения Соглаше ния о торгово-экономическом сотрудничестве между ЕАЭС и КНР. Однако пока речь идет лишь о соглашении о намерениях, заключенном в ок тябре 2019 года. Китайские эксперты при этом нередко склонны традиционно«приравнивать» ЕАЭС к России, рассматривая этот союз как проводника интересов последней—«большо го партнера Китая в Евразии». Отсюда происте кают вопросы к«многостороннему региональ ному уровню сотрудничества». Действуя по линии ЕАЭС, китайская сторона продолжает выстраивать отношения с Россией и двусто ронние отношения с другими участниками ор ганизации. Интересы КНР и России при этом во многом пересекаются(противостояние«экс пансии запада» и соответствующая общность позиций в СБ ООН), но их стратегии поведения на международной арене уже существенно разнятся(Китай гораздо более заинтересован в стабильности и предсказуемости междуна родной системы), что также может осложнить партнерство. АДАПТАЦИЯ К РЕАЛИЯМ И ПРОГНОЗЫ И, наконец, третий пункт, непосредственно касающийся самых актуальных оценок перспектив«Пояса и пути». Непредвиденное случилось, и мир живет в условиях пандемии, последствия которой будут ощутимы и в пер спективе. На китайском проекте COVID‑19 уже сказался, и китайские эксперты и чиновники признают это. Д­ вижение 35

ЕВРАЗИЙСКАЯ СЕТЬ РЕГИОНАЛЬНЫХ ИНИЦИАТИВ И ОРГАНИЗАЦИЙ: ЭЛЕМЕНТЫ ВЗАИМОСВЯЗАННОСТИ на рынках товаров, услуг и рабочей силы несколько со кратилось. Китайские эксперты отмечают, что в крат­ косрочной перспективе(в течение ближайшего года, как минимум) основной задачей центрального руководства и регионов будет реагирование на сокращение потоков капитала. Потребуется шоковая терапия для среднего и малого бизнеса. Они также подчеркивают, что внутри КНР энтузиазм относительно перспектив инициативы «Пояс и путь» несколько снизился, и эту проблему тоже предстоит решать. Замедление темпов реализации инициативы признают и китайские чиновники, о чем свидетельствует обна родованный в середине октября доклад Министерства коммерции 1 . Согласно документу, в период с января по сентябрь 2020 г. нефинансовые прямые инвестиции в 54 страны, через которые пролегает маршрут«Пояса и пути», сократились на 0,6%. Регионом, на который приходится основная доля вложений, остается Юго-Вос точная Азия. В сфере строительства за пределами КНР снижение составило 4%: завершенных проектов на 4% меньше по сравнению с аналогичным периодом в про шлого года. Во втором, более общем, сентябрьском докладе Мини стерства коммерции 2 позитивно оценены все предыдущие годы реализации инициативы«Пояс и путь», однако соб ственно 2020 год опущен. Что характерно, обобщаются не столько результаты, сколько масштабы. Так, из доку мента следует, что в 2013–2019 годах КНР подписала 200«соглашений о сотрудничестве в области совмест ного строительства» в рамках«Пояса и пути» с 138 стра нами и 30 международными организациями, а торговля со«странами вдоль“Пояса и Пути”» увеличилась на 0,3 трлн долл. США. 2020 год пока активно осмысляется экспертами и чи новниками, и это свидетельствует о возможном«новом» наполнении инициативы и акцентах в ней, которые вскоре будут сделаны. Один из логичных объектов пе ренесения внимания, о котором в последние месяцы упоминают на сайтах министерств и ведомств, занятых реализацией инициативы, — это предложенный в 2016 го да«Цифровой Шелковый путь». Так, в сентябре 2020 го да был опубликован доклад по цифровой торговле в рамках«Пояса и пути». Среди основных выводов— указание на максимально тесные связи со странами Юго-Восточной Азии и, на этом фоне, важность разви тия связей с другими партнерами. Отмечено, что на ступает«исторический момент» для Цифрового Шел кового пути(в частности, создаются условия для активизации сотрудничества по внедрению китайской технологии 5G). ВЫВОДЫ И РЕКОМЕНДАЦИИ В целом, анализируя ситуацию по показателям в трех рассмотренных категориях, отметим, что потенциальные партнеры КНР по проекту должны не упускать возмож ности, которые она создает. В условиях пандемии COVID‑19 затягивается этап отладки системы, начавшийся весной 2019 года. Поскольку«Пояс и путь» обозначены высшим руководством как приоритет, в КНР по-прежнему на по вестке дня работа над формированием четких и положи тельных представлений о данной инициативе, понима нием подозрений и возражений внутри каждой конкретной страны и их устранением. Страны-участницы должны и далее четко обозначать свои интересы— не только в ответ на предложения КНР, но и исходя из наци ональных программ развития. В Беларуси восприятие«Пояса и пути» во многом опре делено образом КНР как источника«опасных» кредитов. При этом процедура выбора фирм остается непрозрач ной, а выполнение работ в срок, качественно и с соблю дением технических и экологических стандартов по-преж нему проблематично. Гарантия соблюдения европейских стандартов во всем— от выбора исполнителя работ до технической безопасности и экологичности— была бы выгодна Беларуси и одновременно обеспечила бы успех китайским инициативам. Таким образом, изменение вос приятия китайских проектов за счет изменения подхода к ним принесло бы взаимную пользу, и это справедливо не только для Беларуси. Необходимо принять во внимание еще один аспект— соотношение«Пояса и пути» и ЕАЭС. В КНР изначально рассматривали многостороннее сотрудничество по этой линии как один из залогов успеха инициативы в Евразии. Однако реальность такова, что, во‑первых, переход от двустороннего формата к многостороннему затянулся. Во-вторых, ЕАЭС(изначально инициированный Россией в том числе и как ответ на рост китайского влияния в ря де постсоветских стран), вопреки разговорам о«сопря жении», остается альтернативой(пусть и не равнозначной) «Поясу и пути». Приняв эти два момента как данность, партнеры КНР по проекту«Пояс и путь»— члены ЕАЭС могут: — в условиях начатой институционализации сотруд ничества КНР и ЕАЭС использовать ее и стараться включить свои потребности и конкретные торговые интересы в повестку переговоров между КНР и ЕАЭС; — продвигать свои интересы в отношениях с КНР на двустороннем уровне, ведь, реализуя инициативу «Пояс и путь», Китай не сможет снизить значение двустороннего уровня в пользу многосторонних пе реговоров с ЕАЭС. 1 商务部对外投资和经济合作司负责人谈2020年1–9月我国对外投资 合作情况 2 中国“一带一路”贸易投资发展报告2020 36

ИНИЦИАТИВЫ ГЛОБАЛЬНЫХ ИГРОКОВ ПО РЕГИОНАЛЬНОЙ ИНТЕГРАЦИИ 2.3 ПРИОРИТЕТЫ СОТРУДНИЧЕСТВА РОССИИ И КИТАЯ В РАМКАХ БОЛЬШОГО ЕВРАЗИЙСКОГО ПАРТНЕРСТВА Олеся Рубо, доцент кафедры международных отношений Белорусского государственного университета В геоэкономическом контексте наиболее существенной предпосылкой для возникновения российской иници ативы«Большого Евразийского партнерства» послу жила объективная оценка возможностей евразийской экономической интеграции в рамках Евразийского экономического союза(ЕАЭС) в краткосрочной и сред несрочной перспективе. В 2015 г. ВВП ЕАЭС оценивал ся в 2 трлн долл., что составляло 3,2% от мирового рынка 1 . ИСТОРИЯ ВЫДВИЖЕНИЯ ИНИЦИАТИВЫ Президент России В. Путин представил концепцию «Большого Евразийского партнерства» на пленарном заседании Петербургского международного эконо мического форума(ПМЭФ) в июне 2016 г., где призвал к созданию крупного партнерства, которое позволило бы связать Азию и Европу. По его словам, Россия и дру гие страны ЕАЭС выступают за создание Большого Евразийского партнерства с участием Китая, Индии, Пакистана, Ирана, стран СНГ и ряда других госу дарств 2 . В ноябре 2017 г. российский президент опубликовал с ­ татью«XXV саммит АТЭС в Дананге: вместе к про цветанию и гармоничному развитию», в которой пред 1 Петровский В. На пути к Большому Евразийскому партнерству: вызовы и возможности.[Электронный ресурс] Режим доступа: https://interaffairs.ru/jauthor/material/1874. Дата обращения: 10.10.2020 г. 2 Путин призвал создать Большое Евразийское партнерство. [Электронный ресурс] Режим доступа: https://tass.ru/ekono mika/3376295. Дата обращения: 15.10.2020 г ложил формировать Большое Евразийское партнерство на базе Евразийского экономического союза и китай ской инициативы«Пояс и путь», а также особо под черкнул, что БЕП представляет собой«гибкий, совре менный проект, открытый для присоединения других участников» 3 . Российские эксперты преимущественно склонялись к мнению, что компенсировать относительно небольшой вес ЕАЭС в мировой экономике можно только в рамках внешнего контура евразийской интеграции путем вы страивания преференциальных режимов торговоэкономического сотрудничества с быстро растущими странами Евразии 4 . Большую обеспокоенность в России вызвало падение авторитета ВТО из-за стагнации Дохийского раунда переговоров. В ответ на эту новую повестку российское руководство призвало к гармонизации различных ре гиональных экономических форматов на основе норм и стандартов ВТО, принципов прозрачности и уважения интересов друг друга. Согласно официальной позиции России, сопряжение Евразийского экономического союза с реализуемым Китайской Народной Республи кой проектом«Экономический пояс Шелкового пути» (ЭПШП) положительно отразилось бы на функциониро вании ЕАЭС 5 . 3 Путин В.В. XXV саммит АТЭС в Дананге: вместе к процветанию и гармоничному развитию.[Электронный ресурс] Режим доступа: http://kremlin.ru/events/president/ news/56023. Дата обращения: 15.10.2020 г. 4 Петровский В. На пути к Большому Евразийскому партнерству: вызовы и возможности. 5 Неформальная встреча лидеров стран БРИКС.[Электронный ресурс] Режим доступа: http://www.kremlin.ru/events/presi dent/news/52819. Дата обращения: 18.10.2020 г. 37

ЕВРАЗИЙСКАЯ СЕТЬ РЕГИОНАЛЬНЫХ ИНИЦИАТИВ И ОРГАНИЗАЦИЙ: ЭЛЕМЕНТЫ ВЗАИМОСВЯЗАННОСТИ Россия и Китай накопили значительный опыт совместной работы в сфере безопасности. Такое сотрудничество нацелено на«обеспечение национальной безопасности двух стран и создание благоприятных условий для их устойчивого развития, а также эффективное противосто яние как различного рода традиционным, так и новым вызовам и угрозам в сфере безопасности 9 . СФЕРЫ РЕАЛИЗАЦИИ БЕП Идея БЕП предполагала формирование преференциаль ных режимов торгово-экономического сотрудничества, создание сети двусторонних, многосторонних торговых соглашений с разной глубиной, скоростью и уровнем взаимодействия, с открытостью рынка в зависимости от готовности той или иной национальной экономики к такой совместной работе 6 . Особое внимание было уделено развитию материковой, транспортной, информационной и энергетической ин фраструктуры. В частности, в мае 2014 г.«Газпром» и Китайская нацио нальная нефтегазовая корпорация(CNPC) подписали Договор купли-продажи российского газа по«восточно му» маршруту(газопроводу«Сила Сибири»). Это согла шение сроком на 30 лет предполагает поставку в КНР 38 млрд куб. м газа ежегодно. 2 декабря 2019 г. газопровод «Сила Сибири» был запущен в работу: начались постав ки российского газа в Китай. Данный проект сигнализи рует о долгосрочном партнерстве стран в энергетической сфере 7 . Развитие международных транспортных коридоров«При морье‑1» и«Приморье‑2» позволит обеспечить севе ро-восточным китайским провинциям Хэйлунцзян и Цзи линь кратчайший выход к морским портам на юге Приморья России, сократить сроки транспортировки грузов, в том числе в южные провинции КНР, и оптими зировать логистику перевозок 8 . 6 Разноуровневая и разноскоростная интеграция: контуры Большого Евразийского партнерства.[Электронный ресурс] Режим доступа: http://council.gov.ru/media/files/ j2jC2EeeuM6ZpTKwBapAiDsrk24pC5eo.pdf. Дата обращения: 20.10.2020 г. 7 Газопровод«Сила Сибири».[Электронный ресурс] Режим доступа: https://www.gazprom.ru/projects/power-of-siberia/. Дата обращения: 18.10.2020 г. Обе страны также подчеркивают значимость стабильно сти и развития соседних стран и регионов, ведь включе ние в интеграционные процессы все большего числа участников позволит разнообразить формы взаимодей ствия России и Китая с соседями, что будет способство вать устойчивости развития каждой из стран-участниц. Безусловно, РФ и КНР заинтересованы в сохранении традиционных зон своего влияния, в частности в Цен тральной Азии, и отстаивании своих позиций в противо стоянии с«внерегиональными» акторами 10 . Оба государства проявляют значительный интерес к расширению гуманитарных обменов, что также может содействовать сопряжению инициативы«Пояс и путь» с ЕАЭС в плане создания социальной основы для их развития 11 . Доверие и дружба между странами крайне важны, а полноформатное сотрудничество, безуслов но, их только укрепит. Стороны нацелены расширять культурный обмен между регионами, содействовать обмену кадрами и профессиональной подготовке специалистов в сфере культуры и искусства 12 . ВЕКТОРЫ ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ И КООРДИНАЦИЯ ИНИЦИАТИВ В рамках Большого Евразийского партнерства выделя ются три опорные линии для взаимодействия России и Китая: сопряжение ЕАЭС и инициативы«Пояс и путь»; 8 Дробышева И. Коридоры надежды.[Электронный ресурс] Режим доступа: https://rg.ru/2019/01/20/reg-dfo/mezhdun arodnye-koridory-optimiziruiut-logistiku-gruzoperevozok-pri moria.html. Дата обращения: 22.10.2020 г. 9 Совместное заявление Российской Федерации и Китайской Народной Республики о развитии отношений всеобъемлющего партнерства и стратегического взаимодействия, вступающих в новую эпоху.[Электронный ресурс] Режим доступа: http://kremlin.ru/supplement/5413. Дата обращения: 10.10.2020 г. 10 Кулинцев Ю. В. Стратегия развития ШОС и концепция «Экономический пояс Шелкового пути»: интеграционный потенциал культурно-гуманитарного сотрудничества // Китай в мировой и региональной политике. История и современность. Выпуск XXIV: ежегодное издание/ сост., отв. ред. Е. И. Сафронова. — М.: ИДВРАН, 2019. — С. 131–144. 11 Ли Юнхуэй. Большое Евразийское партнерство и китайскороссийские отношения // Китай в мировой и региональной политике. История и современность. Выпуск XXIII: ежегодное издание/ сост., отв. ред. Е. И. Сафронова. — М.: ИДВРАН, 2018. — С. 42–51. 12 Совместное заявление Российской Федерации и Китайской Народной Республики о развитии отношений всеобъемлющего партнерства и стратегического взаимодействия, вступающих в новую эпоху. 38

ИНИЦИАТИВЫ ГЛОБАЛЬНЫХ ИГРОКОВ ПО РЕГИОНАЛЬНОЙ ИНТЕГРАЦИИ сотрудничество по многосоставному вектору«Евразий ский экономический союз— ШОС—“Пояс и путь”»; со трудничество между ЕАЭС и АСЕАН и инициативой«По яс и путь». Эти векторы позволяют охватить весь Евразийский континент, от Европы на севере до АСЕАН на юге, от Японии и Южной Кореи на востоке до Лисса бона на западе 13 . В настоящее время сопряжение интеграционных про цессов в рамках ЕАЭС и«Пояса и пути» является наи более важным содержательным компонентом формиро вания БЕП. Точкой отсчета в данном процессе послужило подписание в мае 2018 г.«Соглашения о тор гово-экономическом сотрудничестве между Китаем и Евразийским экономическим союзом», которое всту пило в силу 25 октября 2019 г. Всестороннюю координацию интеграционных инициатив с 2015 года осуществляет российско-китайская рабочая группа по сопряжению планов развития ЕАЭС и иници ативы«Пояс и путь», на заседаниях которой рассматри ваются ключевые направления сотрудничества России и Китая. 5 июня 2019 г. РФ и КНР подписали Совместное заявлении о развитии отношений всеобъемлющего партнерства и стратегического взаимодействия, вступающих в новую эпоху, в котором отразили намерение выстраивать вза имодействие в согласованном направлении. Так, рос сийская сторона поддерживает инициативу«Один пояс, один путь», а китайская— продвижение интеграционных процессов в рамках Евразийского экономического сою за. Стороны активизируют совместные усилия по сопря жению формирования ЕАЭС и«Одного пояса, одного пути». Китайская сторона поддерживает инициативу Большого Евразийского партнерства. Согласно докумен ту, китайская инициатива и идея БЕП«могут развиваться параллельно и скоординировано» 14 . ПРЕДОСТЕРЕЖЕНИЯ И ПЕРСПЕКТИВЫ По мнению экспертов ИДВ РАН С. Лузянина и А. Климен ко, важная предпосылка успешного развития БЕП— вза имовыгодное сотрудничество стран в рамках ШОС как одного из составных элементов БЕП 15 . 13 Ли Юнхуэй. Большое Евразийское партнерство и китайскороссийские отношения. 14 Совместное заявление Российской Федерации и Китайской Народной Республики о развитии отношений всеобъемлющего партнерства и стратегического взаимодействия, вступающих в новую эпоху. 15 Лузянин С.Г., Клименко А. Ф. Сотрудничество России и Китая в ШОС по реализации концепции Большого Евразийского партнерства// Китай в мировой и региональной политике. История и современность. Выпуск XXIV: ежегодное издание / сост., отв. ред. Е. И. Сафронова. — М.: ИДВРАН, 2019. — С. 98–113. Россия достаточно осторожно относится к расширению экономического сотрудничества с Китаем, опасаясь серьезных геоэкономических последствий. Поэтому руководство страны сейчас пытается вписать идею о пар тнерстве с КНР в более широкий формат ЕАЭС— ШОС— АСЕАН 16 . В перспективе сотрудничество России и Китая в рамках Большого Евразийского партнерства может развиваться в соответствии с несколькими основными сценариями. Первый сценарий —«гармонизация ЕАЭС и инициативы «Пояс и путь» и выстраивание БЕП на принципах равно правия и учета взаимных интересов». Это оптимистичная перспектива, предполагающая преодоление противоре чий и разногласий, избегание конкуренции и развитие конструктивных отношений стратегического партнерства как между Россией и Китаем, так и с другими евразий скими странами. Второй сценарий —«переориентация БЕП на поддер жание интересов Китая». Высока вероятность того, что в среднесрочной перспективе значительное число ре гиональных интеграционных проектов с участием России и Китая, а также возможное сопряжение инициатив двух стран будут отвечать в первую очередь интересам Китая. Третий сценарий —«усиление конкуренции между Россией и Китаем за экономическое и политическое лидерство в Евразии». С геополитической точки зрения конкуренция между интеграционными проектами Рос сии и Китая может негативно отразиться на развитии двустороннего и многостороннего сотрудничества стран в краткосрочной и среднесрочной перспективе. Напри мер, китайская инициатива«Пояс и путь» в плане инве стиционных возможностей является более привлека тельной по сравнению с проектами БЕП и ЕАЭС, поскольку китайское руководство демонстрирует го товность вкладывать крупные финансовые ресурсы в различные проекты 17 . Таким образом, Россия выдвинула идею Большого Ев разийского партнерства с намерением не допустить конкуренции инициативы«Пояс и путь» и интеграцион ных процессов в рамках ЕАЭС. Сотрудничество с Кита ем в рамках БЕП ориентировано на усиление позиций России в Евразии, обеспечение сбалансированности ее системы внешних связей, а также на укрепление сотрудничества как с КНР, так и с другими евразийски ми странами. 16 Лаумулин М. Пределы и возможности евразийской интеграции.[Электронный ресурс] Режим доступа: http:// mirperemen.net/2019/04/predely-i-vozmozhnosti-evrazijs koj-integracii/. Дата обращения: 22.10.2020 г. 17 Кулинцев Ю. В. Большое Евразийское партнерство в системе региональных интеграционных процессов // Китай в мировой и региональной политике. История и современность. Выпуск XXV: ежегодное издание/ сост., отв. ред. Е. И. Сафронова. — М.: ИДВРАН, 2020. — С. 66–79. 39

ЕВРАЗИЙСКАЯ СЕТЬ РЕГИОНАЛЬНЫХ ИНИЦИАТИВ И ОРГАНИЗАЦИЙ: ЭЛЕМЕНТЫ ВЗАИМОСВЯЗАННОСТИ 2.4 ВОСТОЧНОЕ ПАРТНЕРСТВО 3.0: НОВЫЕ ТЕНДЕНЦИИ Ирина Петрова, доктор, Университет Кента В 2019 году инициатива«Восточное партнерство» от метила свое десятилетие. Годовщина— всегда хороший повод оглянуться назад, подвести итоги, оценить до стижения и извлечь уроки, а также подумать о планах на будущее. Не стал исключением и этот юбилей: поли тики Европейского союза собрались со своими колле гами из стран Восточного партнерства, чтобы осмыслить первое десятилетие регионального сотрудничества и разработать общее видение будущего. В первую дека ду реализации Восточного партнерства произошли серьезные изменения на всех уровнях международных отношений— от глобальных сдвигов в международной системе и изменяющейся внешнеполитической роли ЕС до значительных изменений во внутренней и внеш ней политике стран Восточного партнерства. Эти транс формации поставили под вопрос ряд аспектов, в пре дыдущее десятилетие казавшихся аксиомами. Таким образом, новые тенденции во взаимодействии ЕС со странами Восточного партнерства заслуживают осо бого внимания. НОВЫЕ ТЕНДЕНЦИИ В ПОЛИТИКЕ ВОСТОЧНОГО ПАРТНЕРСТВА Сейчас ЕС функционирует в совершенно другой меж дународной среде, нежели в начале 2000-х гг., когда были созданы программы Европейской политики со седства(ЕПС) и Восточного партнерства. Это особен но очевидно, если посмотреть в целом на последние тридцать лет. В контексте международной системы ведущая роль Запада ослабевает с ростом популизма, снижением доверия к институтам, изоляционизмом США— все это объединяется в современных дискус сиях неологизмом«беззападность»(«Westlessness»). В то же время возникающий многопорядковый мир 1 все больше бросает вызов Западу. Нынешний период, ­связанный с эволюцией международной системы, ха рактеризуется спадом демократизации по всему миру 2 , из-за чего Брюсселю становится все труднее осущест влять программы по развитию демократии. К тому же сам Европейский союз столкнулся с рядом внутренних кризисов(финансовый кризис, миграция, Брексит, рост антилиберализма и проч.), которые в совокупности заставляют ЕС пересмотреть свою политику соседства. Итак, что же конкретно изменилось? ГЕОПОЛИТИЗАЦИЯ Геополитическое соперничество с Россией из-за Укра ины, которое нарастало с начала 2010-х годов и до стигло своего пика в 2013–2014 годах, оказало сильное влияние на стратегическое мышление ЕС, его само­ ощущение и внешнеполитическую идентичность. Уже в 2016 году ЕС в недавно разработанной долгосрочной внешнеполитической стратегии(Глобальной стратегии Европейского союза) перешел от«нормативной силы» и внимания прежде всего к нормам во внешней поли тике к так называемому«принципиальному прагма тизму». Соответственно, в центр внешнеполитической деятельности ЕС ставятся в первую очередь интере сы самого союза, то есть Евросоюз готов воспользо ваться своими ресурсами в международной конку ренции, при этом одновременно пытаясь отвечать своим принципам. Эта тенденция усилилась после того, как председатель Европейской комиссии Урсула фон дер Ляйен назвала новый состав органа«геополитической комиссией». О том, что ЕС необходимо стать мощным игроком с достаточным количеством влияния на международной арене, заявил и Верховный представитель ЕС Жозеп 1 Flockhart, T.(2016.) The Coming Multi-Order World. Contem porary Security Policy, 37(1): 3–30. 2 Huntington, S.(1991) The third wave: Democratization in the late twentieth century. Norman, OK: University of Oklahoma Press. 40

ИНИЦИАТИВЫ ГЛОБАЛЬНЫХ ИГРОКОВ ПО РЕГИОНАЛЬНОЙ ИНТЕГРАЦИИ Боррель, объясняя, что над Евразией все больше до минируют возрождающиеся империи— Российская, Турецкая и Китайская:«Чтобы мирно проводить пере говоры и разрешать наши конфликты с этими новыми империями, основанными на ценностях, которые мы не разделяем, мы также должны научиться тому, что я на зываю языком силы. Такова цена за рождение геополи тической Европы» 3 . Таким образом, нарратив геополи тики действительно можно считать основной тенденцией в отношениях ЕС с соседями в течение последних нескольких лет. При этом стоит отметить, что, несмотря на риторику нормативной силы, предшествовавшую развороту в сторону геополитики, в научном сообществе циркули ровало мнение, что геополитическое измерение было заложено в политику Восточного партнерства с само го начала. Исследование Д. Кадье 4 показало, что геопо литическое измерение присутствовало в обосновании, содержании и последствиях Восточного партнерства. Аналогично Х. Хауккала 5 и Т. Касьер 6 выдвинули аргу ментацию относительно«нормативной гегемонии» ЕС, показывающей геополитическую природу Восточного партнерства. Таким образом, геополитический поворот можно рассматривать как ­признание логики, которая 3 Borrell, J.(2020) Europe in the face of the new empires. Eu ropean Union External Action. https://eeas.europa.eu/dip lomatic-network/eastern-partnership/84754/europe-fa ce-new-empires_en 4 Cadier, D.(2019) The Geopoliticisation of the EU’s Eastern Part nership. Geopolitics, 24:1, 71–99. 5 Haukkala, H.(2008) The European Union as a Regional Norma tive Hegemon: The Case of European Neighbourhood Policy. Europe-Asia Studies, 60:9, 1601–1622. 6 Casier, T.(2017) The different faces of power in European Union–Russia relations. Cooperation and Conflict, 53:1, 101–117. уже существовала, но в течение предыдущих лет в ос новном скрывалась за дискурсом«нормативной силы». Эта явная геополитизация как относительно новая тен денция окажет влияние как на сотрудничество с госу дарствами Восточного партнерства, так и на более широкий евразийский регион. Что касается интеграции и сотрудничества со стра нами Восточного партнерства, то геополитизация уже влияет на двусторонние отношения. В частности, внешнеполитическая идентичность«нормативной силы» не соответствует геополитическому подходу. Таким образом, в дилемме между демократизацией и стабильностью ЕС чаще склоняется к поддержанию стабильности. Это особенно заметно в очень осто рожном подходе Евросоюза к политическому кризи су в Беларуси. Также последствия геополитизации внешней полити ки ЕС очевидны в его отношениях с основными игро ками Евразии. Десять лет назад Брюссель стремился, по крайней мере на уровне риторики, к сотрудниче ству и потенциальной синергии региональных проек тов, однако становится очевидно, что, по сути,«со трудничество разных региональных порядков» («cooperative orders»), о котором идет речь в Глобаль ной стратегии ЕС, открыто только для партнеров-­ единомышленников, а с партнерами, которые не раз деляют ценности ЕС, вполне возможны конкуренция и соперничество 7 . 7 Korosteleva, E. and Petrova, I.(2020) From‘the global’ to‘the local’: the future of‘cooperative orders’ in Central Eurasia in times of complexity. International Politics. https://link.springer. com/article/10.1057/s41311–020–00262–4 41

ЕВРАЗИЙСКАЯ СЕТЬ РЕГИОНАЛЬНЫХ ИНИЦИАТИВ И ОРГАНИЗАЦИЙ: ЭЛЕМЕНТЫ ВЗАИМОСВЯЗАННОСТИ ДИФФЕРЕНЦИАЦИЯ И ГИБКОСТЬ В течение последних двух десятилетий развивался про цесс постепенной политической дифференциации. В Европейской политике соседства, запущенной в 2004 году, использовался одинаковый подход к 16 странам— соседям ЕС. Введение политики Восточного партнерства в 2009 году стало шагом в сторону дифференциации с учетом кардинальных различий в опыте стран Восточно го партнерства и государств Южного Средиземноморья. При этом ЕС также осознал, что не все страны Восточ ного партнерства будут готовы углублять интеграцию с ЕС с помощью Соглашений об ассоциации и Глубоких и всесторонних соглашений о свободной торговле. Так, Соглашения об ассоциации подписали с Грузией, Мол довой и Украиной, а к другим странам Восточного парт­ нерства подошли по-разному: с Арменией подписали Всеобъемлющее и расширенное соглашение о парт­ нерстве, с Азербайджаном обсуждают новое комплекс ное соглашение, а с Беларусью велись переговоры о Приоритетах партнерства. Помимо дифференциации форматов сотрудничества, отраженных в рамочных соглашениях, ЕС предоставил партнерам разные инструменты и разное финансиро вание в зависимости от уровня сотрудничества. Также и отчетность, которая ранее составлялась одновремен но для всех государств Восточного партнерства, сейчас отражает уровень действительного сотрудничества и чаще формируется по странам, с которыми подписаны Соглашения об ассоциации, а по другим странам отчеты предоставляются раз в несколько лет. Эта дифференци ация явно демонстрирует, что ЕС отказался от своего изначально принятого«пакетного», или«универсально го», подхода, вследствие чего сотрудничество ЕС с го сударствами региона становится более гибким и адапти руется к двусторонним целям взаимодействия 8 . ОТ ГЛОБАЛЬНОГО К ЛОКАЛЬНОМУ Еще одна заметная тенденция в политике Восточного пар тнерства— увеличение внимания к гражданам и усиление «местного» компонента. Источник этой тенденции— сме на парадигмы в исследованиях по вопросам укрепления мира и развития, произошедшая в конце 1990-х гг. Новая парадигма смещает внимание с глобального на локальный уровень, ставя во главу угла локальные процессы. Соглас но этому подходу, только проводимые на местном уровне реформы с широким вовлечением гражданского общества и различных групп населения могут быть эффективными и легитимными. В свете этого подхода ЕС постепенно рас ширяет круг местных заинтересованных сторон, с кото рыми он развивает сотрудничество: масштабное увели чение сотрудничества с гражданским обществом после Арабской весны(2011 г.) сопровождалось принятием под хода«целого общества»(«whole society») при последних 8 Korosteleva, E., Petrova, I. and Merheim-Eyre I.(2020) The Eas tern Partnership 3.0: Change or Continuity? Dahrendorf Forum: https://www.dahrendorf-forum.eu/the-eastern-partners hip‑3–0-change-or-continuity/ 42

ИНИЦИАТИВЫ ГЛОБАЛЬНЫХ ИГРОКОВ ПО РЕГИОНАЛЬНОЙ ИНТЕГРАЦИИ изменениях политики(2015/2016). Данный подход нацелен на охват как можно более широких слоев населения(с учетом ограниченных ресурсов в распоряжении ЕС) и оказание воздействия на рядовых граждан. И в самом деле, основная цель поправок 2020 года в политике Вос точного партнерства— добиться, чтобы позитивные изме нения, поддерживаемые ЕС в регионе, ощущали непо средственно граждане. Однако при таком подходе сохраняется ряд проблем. Во-первых, отсутствие знаний и осведомленности о ЕС у простых граждан. Брюссель в курсе этой проблемы и уже много лет пытается улучшить свои коммуникаци онные стратегии, но этого пока недостаточно. Во-вто рых, при сотрудничестве со странами Восточного пар тнерства на повестке дня все еще часто стоят цели ЕС, а не потребности, которые определяют местные жите ли(подход«сверху вниз», в отличие от логики сотруд ничества, в которой используется подход«снизу вверх»). Третья проблема связана с предыдущей: ЕС часто пред лагает инструменты и механизмы преодоления местных вызовов, исходя из собственного опыта, а не из местной практики и инфраструктуры поддержки. Таким образом, хотя ЕС и вышел на местный уровень, эта работа толь ко начинается и впереди предстоит долгий путь. ВОСТОЧНОЕ ПАРТНЕРСТВО: КАКАЯ РОЛЬ ОТВОДИТСЯ РЕГИОНУ? Являясь своеобразной(«sui generis») организацией региональной интеграции, ЕС активно выступает за региональную интеграцию по всему миру, в том чис ле и в регионе Восточного партнерства. Однако пока что можно сделать вывод, что роль ЕС в создании социокультурного региона Восточного партнерства была достаточно незначительной. Страны Восточно го партнерства гораздо больше стремились к разви тию двусторонних отношений с ЕС, чем к сотрудни честву друг с другом. Эта цель становится еще более отдаленной в свете геополитизации ЕС и более осто рожного подхода к демократизации. Кроме того, диф ференциация инструментов политики, хотя она и необходима для улучшения двустороннего сотрудни чества, создает формат отношений 3+1+1+1(Грузия, Молдова, Украина+ Армения+ Беларусь+ Азербайд жан), который не способствует региональной инте грации. Еще большую тревогу вызывает то, что Евросоюз идет по пути геополитизации и все более явно принимает «исключающее» мировоззрение, что может привести к нагнетанию конфронтации с сильными игроками ре гиона, в том числе с Россией, Китаем и Турцией. С другой стороны, ориентация ЕС на местный уро вень— положительная перемена, которая может пой ти на пользу не только государствам региона, но и сотрудничеству с крупными игроками в нем. Поддер живая местные устремления, потребности и основы вая эту поддержку на местной инфраструктуре, ЕС мог бы сотрудничать с сообществами в странах Вос точного партнерства и в то же время привлекать дру гих игроков к более конструктивному взаимодействию. 43

ЕВРАЗИЙСКАЯ СЕТЬ РЕГИОНАЛЬНЫХ ИНИЦИАТИВ И ОРГАНИЗАЦИЙ: ЭЛЕМЕНТЫ ВЗАИМОСВЯЗАННОСТИ 44

ЗАКЛЮЧЕНИЕ ЗАКЛЮЧЕНИЕ Дискуссия, посвященная интеграционным процессам в Евразии, затронула ряд важных моментов. 1. Сегодняшние подходы к аналитической и эксперт ной оценке евразийских региональных междуна родных организаций зиждутся на таких теоретиче ских основаниях, которые не позволяют в полной мере генерировать позитивный фундамент для со трудничества. Поэтому важнейшей задачей явля ются теоретические поиски новых стратегий. 2. Функциональный подход, в рамках которого инте грация исследуется как процесс, направленный на соединение и создание наднациональных органов управления, предполагает критическую оценку результатов развития ШОС, ЕАЭС и ОДКБ. Дей ствительно, под воздействием различных внешних и внутренних факторов эти организации не в пол ной мере достигли провозглашенных при их созда нии целей. 3. С другой стороны, сугубо геополитическая оптика не позволяет в достаточной степени понять моти вы и цели крупных игроков. Россия и Китай, напри мер, помимо собственных интересов, озабочены безопасностью всего континента, благоприятными условиями для развития сотрудничества с госу дарствами, находящимися между ними. Кроме того, они не заинтересованы в прямом столкнове нии друг с другом, а также с Европейским союзом. Создание и деятельность ШОС, а также идеи о со пряжении«Пояса и пути» с ЕАЭС свидетельству ют, что важна не только геополитика. 4. Так, анализ формально-правовых элементов ЕАЭС (документов Высшего совета) показывает его либе ральный характер. Имитируя институты Европей ского союза как модели интеграции, Евразийский экономический союз воспринял идеи и отчасти фи лософию интеграции как добровольной экономиче ской кооперации с опорой на рыночные принципы функционирования. 5. Тем не менее сравнительный анализ европей ской и евразийской интеграции показывает, что для осуществления последней необходимы бо лее зрелые и децентрализованные системы на уровне национальных государств. Тогда коопера ция, конкуренция и сотрудничество приведут к созданию горизонтальных связей внутри такого объединения. В условиях незавершенного тран зита обществ евразийских стран с жесткой си стемой управления и вертикальными связями, слабыми бизнес-сообществом и гражданским обществом такая интеграция будет носить поли тически мотивированный характер. 6. Эксперты обоснованно полагают, что у евразий ской экономической интеграции есть серьезный потенциал, который может быть реализован на следующем этапе— производственной межотрас левой кооперации. Уход от«товарного эгоизма» видится как важная рекомендация для прави тельств стран-членов ЕАЭС, которые пока не хотят идти по пути углубления интеграции, несмотря на декларирование этой цели. Боязнь потери хозяй ственной автономности, преподносимая как защи та национального товаропроизводителя, весьма сильна. В условиях пандемии эти тренды активизи ровались. Кроме того, эксперты отмечают, что в ус ловиях кризиса интеграционных проектов возрас тает риск социальных протестов и противоречий между властью и обществом. 7, Тем не менее существует интересный опыт укре пления устойчивости позиций срединных евра зийских государств. Например, Украина форми рует новую стратегию в отношении азиатского региона и находится в поиске наиболее приемле мых организаций для сотрудничества, выступает за кооперацию с различными субрегиональными инициативами, например 17+1 и Триморьем, кото рые могут способствовать усилению транзитного потенциала страны. Акцент на таких организаци ях, как АСЕАН, которые концептуально близки 45

ЕВРАЗИЙСКАЯ СЕТЬ РЕГИОНАЛЬНЫХ ИНИЦИАТИВ И ОРГАНИЗАЦИЙ: ЭЛЕМЕНТЫ ВЗАИМОСВЯЗАННОСТИ украинским ­внешнеэкономическим целям, пред полагает сотрудничество по разным вопросам экономического, гуманитарного развития и безо пасности между малыми и средними странами. Таким образом в мировой экономике и политике выстраивается новая сеть горизонтальных связей, которые в дальнейшем могут стать основой для принятия универсальных правил. 8, Гибкий формат таких евразийских интеграционных инициатив, как Восточное партнерство,«Пояс и путь» и БЕП, соответствует духу времени. Посколь ку в мире VUCA, то есть нестабильности— неопре деленности— сложности— неоднозначности (volatility— uncertainity— complexity— ambiguity), растет популярность идеи«возврата контроля», та кие инициативы могут повысить в Евразии уровень конфликтогенности. Геополитическое измерение этих инициатив может привести к непрямому стол кновению ЕС, России и Китая. Эксперты предлагают взглянуть на новые, отличающиеся сложностью, международные отношения как на отношения, кото рые могут быть выстроены«снизу вверх». В таком случае отправной точкой должно стать локальное. Это означает, что большие игроки должны научиться видеть не только свои интересы, не настаивать ис ключительно на своем видении интеграции, а уде лить должное внимание локальному уровню. Необ ходимо делать акцент на развитии проектов, которые позволят укрепить устойчивость через диа лог и распознавание локальных интересов. 9, Восточное партнерство как продолжение Евро пейской политики соседства отчасти предлагает формат выстраивания отношений через локальное. Пример— помощь в развитии проектов местного значения, однако, как отмечают эксперты, при та ком подходе все еще прослеживается если не проекция собственных интересов, то экспорт ви дения и даже системы ценностей. Это требует корректировки. 10, Одно из важных условий кооперации крупных игроков между собой— формирование взаимо­ связи между их стратегиями. Общие цели и задачи могут стать площадкой для«сопряжения» или ча стичной совместимости инициатив. К таким объе диняющим моментам можно отнести: вопросы из менения климата, кибербезопасность, борьбу с пандемией COVID-19 и ряд других. 11. Очевидно, что уже сегодня происходит переоцен ка возможностей и целей таких инициатив, как Восточное партнерство и«Пояс и путь». Эксперты отмечают разнонаправленные изменения в стра тегии ЕС. С одной стороны, дифференциация и гибкость позволили Европе адаптироваться к це лям сотрудничества и отказаться от универсалист ского подхода. С другой стороны, геополитизация ЕС выглядит как«шаг назад» к усилению конфлик тогенности региона. 12,«Пояс и путь» также подвергается пересмотру, инициативу начинают адаптировать к новым реа лиям. Основным фактором, тормозящим ее реали зацию, стала пандемия. Малые и средние страны могут использовать сложившиеся условия как «окно возможностей» для четкой артикуляции сво их интересов на двух уровнях— двустороннем и многостороннем(ЕАЭС и КНР). Китайское руко водство заинтересовано в улучшении восприятия инициативы на национальном уровне, но практи чески не работает на локальном. Вследствие тако го подхода возникают ситуации, когда локальный проект может ухудшить восприятие инициативы (один из примеров— Брестский аккумуляторный завод). Эксперты советуют более настойчиво озву чивать интересы не только национального, но и ло кального уровня— например, требовать предо ставления более современных и экологически безопасных технологий. 13, Несмотря на то, что в инициативах, в отличие от организаций, заложен больший потенциал кон фликтогенности, они более адекватны стреми тельно меняющимся международным отношениям. Гибкость и способность к адаптации может помочь инициативам обеспечить большую совместимость между собой и совместимость между участника ми внутри каждого из проектов. 14, Одно из главных итоговых предложений сводится к тому, что новые международные отношения сле дует выстраивать по принципу«снизу вверх». Движение от локального к глобальному, несмотря на всю сложность, позволит сформировать много порядковость, при которой локальные голоса и потребности станут не периферийным фактором, а важным элементом децентрализации, а значит, гибкости и устойчивости новых международных отношений. 46

ЕВРАЗИЙСКАЯ СЕТЬ РЕГИОНАЛЬНЫХ ИНИЦИАТИВ И ОРГАНИЗАЦИЙ: ЭЛЕМЕНТЫ ВЗАИМОСВЯЗАННОСТИ АВТОРЫ: КОНТАКТЫ Авторы: Роза Турарбекова, Сергей Герасимчук, Наталья Скирко, Юрий Пойта, Чжан Хуавей, Елена Коростелева, Мария Данилович, Олеся Рубо, Ирина Петрова Дизайн: Олена Марчишина, Роман Марчишин Фото: depositphotos.com Фонд им. Фридриха Эберта. Представительство в Украине/ Проект Беларусь Руководитель Кристофер Форст| Представительство в Украине/ Проект Беларусь ул. Пушкинская, 34, г. Киев, 01004, Украина Тел.:+38-044-234-10-38| Факс:+38-044-234-10-39 Сборник содержит материалы Международного круг­ лого стола«Евразийская сеть региональных инициа тив и организаций: элементы взаимосвязанности», прошедшего 29 октября 2020 года. Все тексты доступны на веб-сайте: http://www.fes.kiev.ua Заказы/ контакты: belarus@fes.kiev.ua В публикацию вошли статьи, подготовленные участ никами круглого стола. Исследования посвящены широкому кругу вопросов евразийской интеграции. Авторы затрагивают проблемы функционирования региональных организаций Евразии; международ ных инициатив Европейского союза, Китая и ­России; соперничества и сотрудничества между«больши ми игроками»; роли малых и средних государств и обществ. Использование опубликованной Фондом имени Фридриха Эберта информации в коммерческих целях запрещается без письменного согласия Фонда. 47

Международный круглый стол ЕВРАЗИЙСКАЯ СЕТЬ РЕГИОНАЛЬНЫХ ИНИЦИАТИВ И ОРГАНИЗАЦИЙ: ЭЛЕМЕНТЫ ВЗАИМОСВЯЗАННОСТИ Для евразийской интеграции необ ходимы зрелые и децентрализован ные системы на уровне националь ных государств. Тогда кооперация, конкуренция и сотрудничество приведут к созданию горизонталь ных связей внутри объединений. Новые международные отношения следует выстраивать по принципу «снизу вверх». Необходим акцент на развитии проектов, позволяющих укрепить устойчивость через диа лог и распознавание локальных интересов. Одно из важных условий коопера ции крупных игроков между со бой— формирование взаимосвязи между их стратегиями. Общие це ли могут стать площадкой для«со пряжения» или частичной со вместимости инициатив.